— Ты Защитник, Гарри! — перекричала шум Гермиона, подобравшись ближе. — Ты можешь справиться с этой тварью!
Вот только хватит ли сил? Гарри опустил палочку и выбежал в центр поляны, чтобы сфера быстрее достигла монстра. Щит, разраставшийся из груди, казалось, выжигал его внутренности, и в горле вновь забулькала кровь. А когда торжествующий клич разнесся над поляной, и сверху его осыпала куча пепла, Гарри упал на колени и снова принялся отплевываться.
— Гарри! — рядом с ним на землю кто-то присел, и Джинни, к его удивлению оказавшаяся здесь, обхватила его лицо ладонями и принялась зацеловывать в щеки и лоб. — Мерлин, я так боялась…
Его тут же принялись хлопать по плечам и радоваться приходу новых людей. В сумраке он не видел лиц всех, но кажется, здесь были Ханна Аббот, несколько слизеринцев, Седрик с Чжоу и Джон Лонт, а так же куча детей.
— Откуда ты? — он поморщился, так как плечи сильно болели, и Джинни помахала на остальных руками, чтобы прекратили.
— Я осталась в замке, — она счастливо улыбалась, приглаживая его волосы и стирая с лица кровь. — Эй, дайте воды!
— Тушите костер, — велел Драко и первым принялся закидывать его грязью. — Без магии. Эти твари, видимо, летят на свет и магию.
— Я так рад, что ты тут, — к нему подошел Джон Лонт. Гарри увидел, что у него красные глаза.
— Мне жаль, Джон, — сказал он парню, будучи осведомленным о его горе.
Тот кивнул и отвел глаза в сторону. Потерять семью, еще и в таком сознательном возрасте, когда беда осознается с великой болью — ужасно. Гарри и сам недавно это испытал, когда было подозрение, что его семья мертва. Чтобы как-то поддержать друга, он сжал его плечо. Все равно ему может помочь только время.
— Джон, — негромко сказал Гарри, чтобы слышала его только Джинни. Он повернул голову в его сторону. — Идем с нами в Малфой-мэнор. Там будет безопасно, и мы будем делать вылазки, чтобы сражаться с Темным Лордом. Мы не оставим тебя, Джон.
Он благодарно кивнул. Он не желал возвращаться в дом, где его ждали вещи родителей и отголоски воспоминаний о них.
Гарри, наконец, принесли воды, и он жадно выхлебал почти всю флягу. Кто-то запасливый взял ее с собой. На ней было заклинание незримого расширения, как показалось Гарри. Воды он выпил столько, что на целую бочку хватило бы.
— Что мы будем делать дальше, Гарри? — спросил его серьезно Алистер Дейн, когда они сели вокруг потухшего костра поближе к углям. Ночь надвигалась холодная, а мантии у всех были мокрые, вот и оставалось жаться друг к другу, ведь магией пользоваться нельзя. — Некоторым из нас некуда идти, — трое слизеринцев с пятого и шестого курсов потупили глаза. — Когда мы пошли против родителей, наши дома оказались для нас навсегда закрыты.
Во мраке едва были заметны лица ребят, хотя они сидели очень близко друг к другу. Над лесом пронеслась еще одна тень, и дети прижались друг к другу, а старшекурсники сжали палочки. Но густые ветви надежно их укрыли на эту ночь.
В лесу, когда вокруг одни сплошные деревья и морозящий до костей холод, потеря замка была несколько абстрактной. Но видя знакомые лица, ждущие указания пути, который их лидер должен обязательно видеть, Гарри чувствовал, как накатывает волна за волной ледяное отчаяние. Прошли уже целые сутки, а он так и не понял, как много они потеряли. Не прочувствовал.
Руины Хогвартса были видны и отсюда. Частично обвалившаяся Астрономическая башня чернела на фоне неба мрачным пятном. Когда-то выглядевший сказочным замок превратился в кишащие монстрами руины.
— Прежде всего нужно добраться до дома, — вдруг сказал Драко, поняв, что Гарри не может найти слов. — И узнать, какая обстановка в магическом мире. Мы с Поттером уже обдумали наш дальнейший план действий, — Гарри угрюмо прислушался, а на лицах ребят возникла надежда. — Мы должны обратиться, во-первых, к магловским властям. Во-вторых, к французам за помощью. Семьи с детьми на руках должны быть отправлены в безопасное место, а те, кто может стоять на ногах и сражаться, должны встать стеной на защиту того, что у нас осталось. Да, битва за Хогвартс проиграна, — Драко обвел суровым взглядом тех, кто неверяще качал головой. — Но мы еще живы и не обезоружены. Поттер сказал недавно: пока есть хоть один человек, способный биться за справедливость, она будет жить. А вы будете биться с нами?