Гарри всегда удивляла способность Драко расписать даже самое отчаянное положение так, чтобы казалось, что они почти решили проблему, какой бы она ни была. Ребята радостно закивали и сдвинулись ближе к углям, еще издающим тепло.
— Здесь сидеть нет смысла, — продолжил свою вдохновляющую речь Драко. Его голос дрожал от холода. — Если мы не будем двигаться, то замерзнем. На нас лежит ответственность за детей, которых нужно доставить домой, а еще нужно оказать первую помощь раненным и донести до магической Англии новости, что сдаваться мы не собираемся. Даже если нас останется мало, всего лишь те, кто сидит здесь со мной, я уверен, мы сможем одолеть беду, свалившуюся на нас.
— Алистер, — позвал Гарри негромко, и слизеринцы с надеждой повернулись к нему. — Я знаю, что вам некуда идти. Малфой-мэнор примет тех, кто остался без крова и семьи, — он коротко глянул на Джона, который не участвовал в переговорах, сидел и без эмоций смотрел на гаснущие угли. — Мы все многое положили на алтарь войны, и настало время взять то, что мы нашей болью и страданиями заслужили. Итак, — Гарри встал на ноги, все еще чувствуя слабость, которую был не вправе демонстрировать на глазах у ребят. — Перейдем от разговоров к действиям. Здесь несколько семикурсников. Кто умеет аппарировать?
Седрик, Алистер, Чжоу и Монтегю подняли руки.
— Итого со мной и Драко шестеро. Нам нужно разделиться на шесть групп и прочесать окрестности по пути к той горе, — Гарри указал рукой на предгорье в миле от них. — Там можно будет аппарировать, и мы должны забрать с собой детей и ребят, которые этого еще не умеют. У нас четырнадцать детей, — он прищурился, в темноте не так-то просто было пересчитать головы. — С ними Полумна, Ханна, Джон, Гермиона, Джинни и Луиза. Итого двадцать человек на шестерых. Мы с Драко возьмем по четыре ребенка, потому что сумеем оборонить их, если вдруг случится напороться на погоню. Ребята, вам достанется по трое, — обратился он к старшекурсникам. — Седрик, ты возьмешь двух детей и Полумну. Чжоу, возьми, пожалуйста, Ханну. Алистер, на тебе Джон и Джинни, а на тебе, Грэхем, Луиза и Гермиона. Мы должны разойтись в разные стороны и найти еще людей, может быть, в лесу еще кто-то остался.
Вдохновленные командным духом Гарри, ребята разбивались на группы.
— По возможности не пользуемся магией, — предупреждал Гарри, отобрав себе детей. — Только для защиты. Встретимся в предгорьях, где почувствуете, что аппарация возможна. Когда мы соберемся все вместе, Драко и я дадим направление на Малфой-мэнор. И помните, никакой магии!
Джинни и Гермиона печально махнули им руками и разошлись в разные стороны со своими сопровождающими. Драко подошел к нему со спины.
— Все-таки нужно решить, что делать дальше, — сказал он негромко, глядя вслед Гермионе. — Все, что я сказал — мои домыслы, не имеющие под собой основания. Нужно было подбодрить ребят.
— И, как ни странно, попал в цель, — задумчиво ответил Гарри. — Необходимо предупредить магловские власти, это правда. Но насчет французов я сильно сомневаюсь. Мне кажется, если и есть способ одолеть Темного Лорда, то отнюдь не армией волшебников, а маленькой группой, которая раздобудет Нагайну и уничтожит.
— И что тогда? Одолеешь повелителя Смерти? Даже Авада Кедавра его не берет.
Откуда-то с неба донесся тоскливый вой, и над их головами снова пролетела крылатая тень.
— Я встречался со Смертью, — он говорил тихо, чтобы не напугать детей, стоявших кучкой неподалеку. Они перешептывались и смотрели на них с Драко огромными глазами. Наверное, те казались им непобедимыми. — Вряд ли ей нравится положение, в которое ее поставили. Уверен, скоро найдется решение, и она сильно этому поспособствует.
***
Много было мертвых, с кем им нужно было проститься, но на всех будет гореть только один костер. Как в старые времена, когда живые провожали сотни павших в боях воинов, они встанут вокруг пламени и скажут их имена, вспомнят о них то, что сделает их навеки живыми в их памяти. По преданиям каждый человек был создан из земли, и все присутствующие бросят в костер погибшего Невилла по горсти взятой у его основания земли. Так память других погибших будет почтена. Так их духи обретут покой.
Они стали собираться на рассвете — люди, которые без всякой магии в дань уважения несли в сад у поместья сухое дерево, ветки, поленья. Их было не так много, сколько должно было прийти, потому что страх и безнадежность одолевали многих. Кто-то просто забрал детей и ушел, а кто-то слезно благодарил. Кто-то остался, но они знали близко семью Лонгботтомов или кого-то из погибших. Маги покидали Англию.