— Почему я должен вам верить? Если эти силы и есть, они найдут выход через меня. Посредник вроде вас не только не нужен мне, но и создаст лишнюю опасность быть сданным Темному Лорду.
— Я могу открыть вам тайну, как убить его.
— Змея, — фыркнул презрительно Гарри и снова заходил кругами по кабинету, скрестив на груди руки. — Последний крестраж спрятан в замке, и я его найду.
— Это верно, в замке, — кивнул Слизерин. — Но не в этом.
Пришлось остановиться и прислушаться.
— Крэбб-мэнор? — неверяще уточнил Гарри.
— Нет, Хогвартс. Но не тот, который вы знаете. Вы уже встречались с одним из его жителей. С тем, кого вы до сих пор боитесь увидеть в отражении зеркала.
У Гарри перехватило дыхание, и он потянулся к воротнику, чтобы оттянуть его. Самый слабый боггарт почувствовал бы этот его страх и обратился бы в зеркало, в котором отражается Гарри Поттер. Бледнокожий, с впавшими скулами и неестественно заостренными зубами. И глаза его горели бы красным огнем.
— Когда-то вы гадали, зачем Темный Лорд ездил в местечко в Швейцарии, названное Грин-дель-Вальдом… — шепнул совсем тихо Салазар. — Вы совершили глупость, позволив Аластору Грюму стереть память ваших людей, ибо он единственный знал, где они спрятали перстень Мерлина.
— Перстень… — Гарри поморщился, пытаясь навести порядок в хаотично разметавшихся мыслях. — Аластор… Он попал в руки Пожирателей в день, когда пало Министерство, и сразу погиб, но в Швейцарии Темный Лорд был много раньше.
— Вряд ли для вас будет открытием, что тайные сторонники Темного Лорда в Министерстве умеют пользоваться сывороткой правды и заклинанием Памяти.
— Но тогда… он может в любой момент вернуть то время!
— Уничтожения крестражей будет недостаточно, поскольку он открыл Дверь и снял Печати. Тот мир — Грань, обитель Смерти. Волан-де-Морт владеет тремя ее Дарами и неуязвим для Смерти. Он нашел перстень Мерлина благодаря прочим Трем Дарам — они притягиваются к себе подобным, — и унес его за Грань. Лучшего крестража и не надо. Когда перстень за Гранью, она не закроется…
— Пока перстень за Гранью, Волан-де-Морт будет бессмертен, — пораженно договорил Гарри. — Грань… Смерть вернула Невилла и велела ему увести меня за Грань.
— Не всегда путешествие за Грань означает смерть, — печально молвил Салазар и опустился на свое поеденное молью кресло. — И не всегда существование вне Грани зовется жизнью.
И в этот миг Гарри понял, что ему предстоит. Столкнуться с ожившими страхами, уйти туда, откуда не возвращаются. В первый ли раз? Но свидетель ему Мерлин, как он устал умирать во благо мира, каждый раз пытаясь не представлять слезы Джинни и безмолвное горе матери…
«Пусть это будет в последний раз!» — от всего сердца пожелал он.
— Что я должен делать? Он снова должен меня убить? — слегка обреченно спросил Гарри. Однажды ему довелось побывать за Гранью, и об этом неприятном путешествии еще долго напоминала стреляющая боль в местах, где его касалась Смерть.
— Другой мир живет за отражениями — вода, зеркала. Но вода — проводник в одну сторону, а зеркала — в другую, — портрет дряхлого старичка вернулся и замахал тростью-палкой.
— Ты должен уходить! — шикнул ему Финеас. — Скорее, Барон тебя выведет!
— Как я туда попаду через воду? — отчаянно выпалил Гарри, дернувшись к двери.
— Мерлин попал туда через озеро у порога школы, — быстро проговорил Салазар. — Это все, что я знаю, клянусь. Желал бы я помочь большим, но не могу…
— Плевать на это! Что меня там ждет?
— Не знаю. Это обитель не только демонов — там всегда настороже неусыпное зло. Двойники тех людей, что когда-либо оказывались за Гранью, и тех, кто пользуется благорасположением Смерти — её должников…
— Скорее! — прошипел Финеас, и прочие портреты замахали на него котелками, шляпами и тростями.
Плечо обожгло холодом — это Кровавый Барон пытался привлечь его внимание.
Досадливо сплюнув, Гарри бросился за дверь, и камин за его спиной потух. Он вновь погрузился во тьму коридоров.
Пока он вел беседу с портретом, за окном значительно стемнело. Наступала ночь, время демонов.