— Нет. Его показала мне ты.
Его рука зарылась в ее волосы, а лоб обжег холод его щеки. Неплохо сказано для человека, который не знает красивых слов, подумала Пандора, но не стала говорить это вслух. Он и так знал все, о чем она думала.
— Я научу тебя радоваться и вечеру, и ночи, — пообещала девушка, тепло улыбаясь. — Я помогу тебе найти покой.
— О большем и мечтать не могу, — дыхнул он ей в волосы.
— Как бы я хотела, чтобы мои мысли придавали ему сил, — вслух подумала Пандора, поежившись на холоде. — Я как будто чувствую, что ему плохо. Он ранен. Но я не могу до него дотянуться ни словом, ни мыслью, чтобы помочь.
На лице подруги отразилось беспокойство. Джинни подумала о чем-то и вдруг нагнулась к земле. Когда выпрямилась, в ее ладони была дюжина цветков подснежника.
— Знаешь, чему меня недавно научил Сириус? Да ты и сама знаешь, наверное, всякие магловские поверья. Отпусти на ветер цветы с самыми сокровенными мыслями, и может, желание исполнится.
«Я в такую ерунду не верю», — хотела сказать Пандора, но Джинни с такой верой в свое чудо держала эти бутоны, что она просто была не в силах отказать.
Ветра не было, и Пандора почувствовала себя ужасно глупо, выставив на ладони цветки подснежника. Посомневавшись, она вновь припомнила утро в саду поместья и все самые теплые чувства, которые испытывала к нему. Его мрачный, темный образ предстал перед внутренним взором.
— Пусть исцелятся твои раны и вернутся покинувшие тебя силы, — сказала она тихо, и рука дрогнула. — Знай, тебя здесь ждут. Возвращайся.
По руке скользнуло теплым дуновением ветра, и бутоны, подхваченные вихрем, разлетелись по саду.
***
Возвращайся…
Из окна уже лился мертвенно бледный свет «утра», когда спящего Снейпа во сне что-то дернуло. Всю ночь его преследовала в мире грез навязчивая тревога и неясные образы, однако голос Пандоры, невесть как вытащенный сознанием из хаоса порожденных бредом мыслей, будто толкнул его в бок. Северус сел и осмотрелся.
Поттер и Лонгботтом уступили ему диван, а сами собрали себе из парт подобие лежанок и теперь крепко спали. Судя по беспокойности, тревожные их мучили сны. Да разве в таком месте могут быть другие?
Повязка на туловище снова была мокрой и липкой от крови и гноя, и Снейп решил сам ее осмотреть, чтобы дать Поттеру еще пять минут сна. При каждом движении рана прекрасно ощущалась, саднила и ныла, однако чувствовал он себя гораздо лучше. Первые открывшиеся взору красные борозды выглядели плачевно, но как будто тронулся процесс заживления, что само по себе было невозможным в таких условиях. Снейп оторопело провел пальцем по саднящему рубцу, покрытому коркой засохшей крови, и понял, что сам не справится.
— Поттер! — позвал он парня, и тот подскочил на месте, слепо оглядываясь по сторонам. — Помогите мне промыть раны.
Вместе с ним на оклик поднялся и Невилл. Пока Гарри готовил все необходимое и трансфигурировал из рваной мантии стерильные бинты, он подошел к окну и выглянул.
— Интересно все-таки, откуда этот свет, — спросил Невилл скорее самого себя. — Что это за подобие лунного света?
— Поверьте, нам лучше этого не знать, — язвительно отозвался Снейп, но отметил, что после этого сна в голосе гораздо больше усталости. — Не зажигайте свет. Нам нужно сегодня как можно меньше волновать их.
— Раны выглядят лучше, сэр, — заметил Гарри, промывая раны. — Хорошо, что у вас есть зелья.
— Хорошо… — рассеянно повторил Снейп и покрутил в пальцах палочку, приноравливаясь. — Сегодня я должен выйти с вами на поиски. Вам нужен еще один человек, а я чувствую достаточно сил. Нам нужно скорее управиться с этим. Пора возвращаться.
— Если подсчет времени верен, и эти сутки сменяются схоже с нашим миром, то сегодня одиннадцатое марта, — посчитал Невилл.
— Нам в любом случае нужно поторопиться.
— Я не могу вам указывать, сэр, — твердо сказал Гарри и встретил раздраженный взгляд зельевара. — Я еще не глава Аврората и не имею на это права. Но поверьте, вам лучше остаться. Выбирая между вами, раненным, и Невиллом, в данных условиях я выберу в попутчики его.