— Ишь, удумал, — фыркнул Драко и присел на соседнюю раковину, скрестив на груди руки. — Один он пройдет свой путь. И всю славу себе? Таким дураком меня считаешь?
Гарри приготовился к отпирательствам, но друг вдруг бросил этот тон и заговорил серьезно, так, что его невозможно было разубедить.
— Нет, Поттер. Вместе начинали — вместе и завершим этот путь. От меня ты не отвяжешься.
Гарри уверился, что тот не отступит, и благодарно кивнул. И снова занялся раковиной.
Знание перселтанга ушло вместе с крестражем, сидевшим у него внутри, но главное слово, столь часто приходившее ему во снах, Гарри еще помнил.
Откройся.
Послышался лязг передвигающихся невидимых пружин, и раковины раздвинулись, обнаружив широкий проход в виде трубы. Снейп и Невилл с Гермионой подобрались поближе.
— Я пойду первый, — сообщил Гарри и поморщился — запах из трубы шел удушающе-гнилостный. Видимо, василиску было плохо. — Но в целом, там не должно быть ничего ужасного, кроме этой вони и дохлых мышей, так что можете спускаться вслед за мной. В конце нужна воздушная подушка. Падать невысоко, но неприятно.
Вдохнув напоследок чистого воздуха, он решительно шагнул вперед и ухнул во мрак. Его завозило по ответвлениям и поворотам трубы, кое-где свободное падение смягчалось плавным переходом в скат. Гарри зажег свет на конце палочки и чуть не пропустил время для чар воздушной подушки.
Фу… Он опять в этом месте.
Но не успел Гарри задать себе вопрос, почему его жизнь носит именно по таким местам, а не по тропическим островам, как за спиной раздалось звучное чавканье, и по склизкой трубе один за другим скатились четверо его спутников.
— Я опять здесь… — проворчал вполголоса Снейп и обвел палочкой своды пещеры.
Вот кто его отлично понимал.
Гарри отвел их вперед, к статуе Салазара, к слову, на него совсем не похожей. Гермиона и Невилл, ни разу не бывшие в Тайной Комнате, благоговейно молчали и разглядывали стены древней пещеры. Снейп беспардонно хрустел скелетами мышей, наступая именно на них. Наверное, ему нравился звук, не ко времени подумалось Гарри. Драко озирался вокруг с таким выражением лица, словно ожидал от их путешествия крайне неприятных последствий.
В последнем зале, где состоялась недавно битва с василиском, стоял удушающим смрад, и мало кто успел вдохнуть относительно свежий воздух подземелья.
— Чувствуете сквозняк? — спросил Гарри и наколдовал всем заклинание Головного Пузыря. — Есть вход — значит, есть и выход.
— Думаешь, обитатели леса не замечали огромную змею с десять ярдов, которая ползала по лесу и питалась ими? — саркастично полюбопытствовал Драко, присвистнув при виде разлагающегося василиска.
— Среда обитания василисков — где влажность, — морщась, сообщила Гермиона. — Вода, река, заболоченная местность. В округе есть такая, как раз неподалеку от гор. Думаю, там барьера уже нет.
— Что ж, — Гарри прошел вперед и подошел прямо к Салазару. — Проверим предположения?
Говори со мной, Салазар, величайший из хогвартской четверки.
Потянуло новым сильным сквозняком, и Гарри пришлось снять с себя чары Головного Пузыря. Заслезились от запаха глаза, но из лаза тянуло явно свежестью леса и тяжелой влажностью заболоченной местности.
— Можно идти, — сказал Снейп и тяжело двинулся вперед. Он держался за живот, хотя старался скрыть это мантией. Гарри его понимал — столько времени его не морили голодом даже Дурсли в прошлой жизни. Но он старался не обращать внимания на боль. — Эй, тут что-то лежит…
— Подтверждение моей теории, — сообщил он Снейпу и забрал сверток, в котором было что-то мягкое. — Ступайте. Мы с Драко со всем разберемся.
Невилл и Снейп ушли первыми, а Гермиона задержалась. Она шаталась от усталости и голода, была бледна, но держалась стойко. Гарри отошел, чтобы им не мешать, но эхо в пустой пещере с резными сводами позволяло ему слышать каждое слово.
— Ступай, — Драко перехватил ее руку и поцеловал. — Моя леди… Скоро все закончится.
— Тяжело, — Гермиона сглотнула ком в горле и крепко его обняла. — Тяжело каждый раз прощаться, как в последний.
— Это в последний раз, я тебе обещаю, — он с лаской и нежностью гладил ее волосы, растрепавшиеся из косы, касался ее щеки своей щекой с легким светлым пушком. У Драко никогда не было красивой бороды, и мужчины их рода предпочитали сбривать ее всю. Но почти пять дней у них не было такой возможности. — В сражении я найду тебя, обещаю. И больше не отпущу, — он хитро улыбнулся, а Гермиона, пригладив его волосы, отстранилась с легкой улыбкой.