— Волосы, — Пандора тронула волосы, мягкими волнами лежавшие на плече, отодвинула пару прядей и обнажила искусно замаскированную отрезанную прядь. — Я на днях обнаружила это у себя. Точнее, первым это заметил Гарри.
— Видимо, он был в мэноре, — вздохнула Гермиона. — И там обрезал Пандоре волосы. Мистер Малфой об этом, конечно, знал, Драко говорил, что в последнее время он прислеживает за Пандорой и интересуется ее делами.
— Значит, сыворотка правды? — Гарри вопросительно глянул на Пандору. — Тебе решать. Я ничего не буду делать силой, потому что так сказал Снейп.
— Я выпью, — подумав, решила Пандора. — Ему мои мысли как на ладони видны, но этого, видимо, мало.
— А я ничего никому не скажу, — сказала Гермиона, отступая в сторону Драко, Невилла и Джинни. — Это ваше дело, так что… Удачи тебе, Пандора. Я искренне надеюсь, что у вас все будет хорошо.
— Спасибо, — Пандора обхватила себя руками, и, когда Гермиона ушла, повернулась к Гарри. — Ну, судя по всему, ты должен угостить меня прохладительным напитком.
— Осталась проблема, — Гарри повел ее в сторону столиков, краем глаза заметив Снейпа неподалеку. — Твои мысли для него как открытая книга, и он узнает, что тебе известно о зелье.
— Не переживай, — Пандора улыбнулась, и они подошли к ближайшему столику. — Окклюменция — сложная наука, но за время подготовки к диверсии на заводе Темного Лорда, за время пребывания в мэноре я кое-чему научилась. И все равно я не боюсь. Мне нечего скрывать.
Вспомнив о ее Метке, Гарри бросил взгляд на ее левую руку. Она была в белых перчатках по локоть. Пусть Черные Метки исчезли с гибелью Волан-де-Морта у его последователей, но у всех без исключения на их месте остались уродливые шрамы в известной форме. Пандора искусно скрывала свой.
Она нарочно повернулась в сторону друзей и махнула им рукой, чтобы Гарри мог «незаметно» подлить ей зелье. Он поднес ей нужный кубок, и Пандора с благодарностью приняла его. Помедлила немного.
— За вас со Снейпом, — тихо произнес Гарри, отсалютовав ей своим кубком.
— За нас, — рассеянно повторила она и поднесла кубок к губам.
Снейп, наблюдавший за ними от дверей зала, нахмурился и ушел. Странно, а Гарри думал, что зельевар должен сейчас подойти и начать допрос.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил Гарри у Пандоры. Она стояла перед ним и хмурилась, прислушиваясь к внутренним ощущениям.
— Как будто холод внутри, — Пандора тронула горло и повела пальцами выше. — Все хорошо, Гарри. Правда, я сильно волнуюсь.
— Это зелье начало действовать, — он тронул ее за локоть и отвел от столика. — Видимо, сейчас я должен тебя покинуть. Если будешь плохо себя чувствовать, найди меня, я буду здесь.
Чувствуя вину перед Пандорой и злость на Снейпа, Гарри ушел к Джинни.
***
Сомнения терзали его постоянно после прихода треклятого Поттера. Нельзя сказать, что их не было раньше — иначе он покривил бы душой. Образ Пандоры, погибающей в пламени, преследовал его во снах, и Снейп мучился.
Действительно мучился, хотя всем казалось, что он остался прежним. Маска, как говорила Пандора, крепко вросла в его истинное лицо, разглядеть которое могла только она.
Люциус был крепко занят своими министерскими делами. Сначала из газет, потом и от старого друга Снейп с удивлением узнал, что Поттер выставил у русла власти Люциуса, чем и определил будущее магического сообщества. Друг поделился с ним планами, снисходительно спросил пару советов и снова собрался уходить в Министерство в свой новый кабинет. Происходил этот разговор за пять дней до празднования Победы.
— А как Пандора? — словно бы нехотя спросил Снейп, пока Люциус полировал набалдашник своей трости перед уходом. — Она еще живет здесь?
— Судя по всему, ты об этом и так знаешь — иначе зачем назначать мне встречу в моем же кабинете в строгой конфиденциальности? — вздохнул Люциус. — А куда ее отправить? Отец колесит по стране, насколько мне известно. Хогвартс непригоден для жилья. Даже семейство Блэк живет здесь. Мы были уверены, что после победы ты заберешь ее, однако ваша размолвка перевернула все с ног на голову. На какой почве она, кстати, случилась?