— Я думал, что мы можем отложить изучение теоретического аспекта стихийной магии и практику на первое января, — Гарри глумливо ухмыльнулся и скрылся за пологом от летевшего в него ботинка. — Оно же у тебя свободно? Ботинки летят, обгоняя время… Зачем же досталось тебе это бремя?!
Драко отмахнулся, прихватил все необходимые вещи и вышел из спальни, так и не оценив стихотворный шедевр. Невилл помахал ему, укутался в теплое одеяло и продолжил смотреть свои детские сны. Гарри немного ему завидовал. Пусть с того момента и прошло время, но годы службы в Аврорате так и не дали ему спокойно высыпаться во втором детстве, когда его уже разбудили. Полежав в постели еще некоторое время, он тоже встал, оделся и вышел из спальни.
По гостиной шатались ученики первых трех курсов, освобожденные от занятий. Время завтрака еще не наступило, и делать, кроме уроков, было решительно нечего. Старост не было, поэтому несколько второкурсников затеяли игру со вспыхивающими картами, которая была строго запрещена в гостиной Слизерина. Несколько пятикурсников сидели у окна на диване и о чем-то тихо беседовали, листая одну книгу. «Стандарты обучения волшебству — аспекты сдачи» гласило название. Решив, что тут ничего интересного нет, Гарри вышел из гостиной в подземелья и направился к первым этажам.
Бессмысленное шатание по коридорам наскучило, но он решительно не знал, куда податься. Может быть, пойти поздороваться с Миртл? Или найти Кровавого Барона? Скука в выходные была неприятным аспектом его времяпрепровождения. Обучение в Хогвартсе хоть как-то отвлекало, но слишком надоедало скрывать свои настоящие познания. Душа взрослого в теле ребенка — печальное зрелище.
Да, Гарри с нетерпением ждал своего взросления, хотя бы семнадцати лет, когда можно будет уже не скрывать силы, когда он снова станет молодым и сильным, а не маленьким и слабым. Его резерв магических сил станет стабилен, он сможет колдовать почти беспрепятственно. С ним будет его маленькая Джин…
— Здравствуй, Гарри!
Мальчик замер и медленно обернулся. Он и не заметил, как ноги принесли его в коридор, где находился кабинет Дамблдора. Старый волшебник стоял за ним и улыбался, глаза чуть хитро смотрели поверх очков-половинок.
— Профессор Дамблдор, — Гарри полностью повернулся к нему и закрыл разум окклюменцией. На всякий случай.
— Не хочешь зайти на чай ко мне в кабинет?
— Я чем-то провинился? — осторожно поинтересовался Гарри.
Дамблдор покачал головой и с улыбкой повел рукой в сторону каменной горгульи, скрывающей вход в его кабинет.
— О, нет, просто ищу компанию к чаю! Сегодня будет пир, не хотелось бы идти на завтрак и наедаться перед таким праздником.
— Конечно, сэр!
Горгулья медленно поднялась, и винтовая лестница привела их к дубовой двери.
Кабинет профессора Дамблдора был таким знакомым. Гарри с ностальгией узнал знакомый шкаф, где хранился Омут Памяти. Насест феникса сейчас пустовал, должно быть, чудесная птица куда-то улетела через открытое окно. Как ни странно, несмотря на распахнутую створку, в кабинете было жарковато.
— Садись, Гарри, мальчик мой, — гостеприимно предложил Дамблдор и уселся в директорское кресло.
Гарри выбрал стул и сел напротив. Принюхался к протянутой чашке чая. Веритасерум не имел своего запаха, но, как глава Аврората, он должен был уметь различать малейшие признаки наличия яда или зелья в чашке даже томатного сока. Зелья Правды там не было, Дамблдор действительно случайно наткнулся на него в коридоре и пригласил, чтобы ближе познакомиться.
Как бы там ни было с Роном, Гарри почувствовал облегчение. Он все еще почитал Дамблдора как своего наставника в той жизни, и не мог просто отмахнуться от всего, чему старый волшебник его учил. Пусть поведение директора изредка странное, пусть он маразматик, параноик или еще кто — за Рона Дамблдор ответит когда-нибудь, но старик не опасен.
— Итак, как тебе Хогвартс? — поинтересовался директор и улыбнулся ему. — Лимонную дольку, Гарри?
— Нет, спасибо, — Гарри с некоторой неприязнью бросил взгляд в вазочку, которую он ему двигал. — Я люблю Хогвартс, директор. Школа мне как второй дом.