— У тебя много друзей здесь, здесь учились твои родители, — понимающе кивнул Дамблдор. — Возьми дольку, мальчик мой, не обижай старика.
— У меня от кислого зубы болят, — пожал плечами Гарри, но дольку послушно взял, чтобы положить ее на краешек блюдца. — Да, мои друзья меня поддерживают во всем, помогают учиться, мне нравится здесь.
— А на факультете тебя не обижают? Прости мое любопытство, мальчик мой, просто твое распределение слишком многих удивило, в том числе профессора Снейпа и меня.
— Мне нравится Слизерин!
— Ты очень сильный волшебник, Гарри, — Дамблдор положил на стол какую-то коробочку перед ним. — Скажи, ты можешь поднять ее с помощью палочки?
Удивительный вопрос, подумалось Гарри, но он достал палочку и произнес заклинание Левитации. Коробочка легко запорхала над столом, в ней перекатывалось что-то крупное, достаточно тяжелое и ценное.
— Отлично, Гарри, отлично! — улыбнулся ему ласково директор и дважды хлопнул в ладоши. — Вижу, тебе легко удается осваивать заклинания. А можешь ли ты так сделать без палочки?
— Без палочки? — удивился Гарри. — Вы имеете в виду беспалочковую магию?
— Мне просто интересно, не пойми меня неправильно. Ты еще в детстве поразил меня своими силами. Если ты не знаешь, я был тогда в вашем доме, когда вы с мамой спаслись…
— Я знаю, мне рассказывали, — кивнул мальчик. — Профессор, я не умею.
— А ты попробуй! — подмигнул Дамблдор.
Ну ладно, решил Гарри, несколько удивленный поведением директора. Волшебник его проверял, это понял бы даже глупец, но какова была его цель? Беспалочковой магией он владел, но отнюдь не стремился демонстрировать ее всем. Поэтому покружившая в воздухе коробочка, едва пропала волшебная палочка, упала на стол. Крышка отлетела, и по кружевной салфетке, разложенной на столе, покатился…
Дамблдор усмехнулся в бороду и достаточно прытко ухватил выпавший из коробочки предмет. Философский камень. Конечно, Гарри понимал, что именно это будет его первое испытание, к которому подводил его Дамблдор, но не рассчитывал, что директор начнет подманивать его к нему вот так явно.
Мальчик сделал удивленное лицо и пожал плечами.
— Видите, не получилось.
Судя по выражению лица, Дамблдор был доволен.
— Прости, Гарри, просто я боялся, что твоя магия слишком сильно и быстро развивается. Тебе ведь известно, почему на детей накладывают ограничительные чары?
— Да, сэр, — вежливо ответил Гарри и спрятал палочку. Изображать ребенка при явном понимании назревающего замысла старого волшебника становилось все сложнее. — Но мне это не нужно. С возрастом у меня были выбросы магии не больше, чем у Драко и других детей, а сейчас я и вовсе выкладываюсь на уроках.
— И ты не чувствуешь никакой обиды, что кто-то сильнее тебя? — допытывался Дамблдор, забыв об осторожности. — Может быть, у тебя бывают всплески ярости?
Гарри покачал головой, честными-честными глазами глядя на волшебника.
— Вы считаете, я могу стать опасным?
— Ну, что ты, мальчик мой, — Дамблдор чуть склонил голову, глаза блеснули над очками. — Просто я хочу, чтобы у тебя все было хорошо. Хотел вот спросить тебя про Слизерин и, может быть, даже уговорить тебя заново пройти распределение…
— Мне нравится на Слизерине, профессор, — молвил Гарри, слезая со стула. — Правда. Я не хочу никуда больше идти.
— Ладно, — улыбнулся директор. — Потом еще поговорим. Можешь идти, вижу, тебе не терпится покинуть этот кабинет, чтобы не выслушивать бредни старика.
— Спасибо за чай, сэр, я возьму лимонную дольку?
Взгляд Дамблдора сверлил его до тех пор, пока дверь не закрылась и винтовая лестница не вернулась к изначальное положение. Гарри перетрясло — брр. Ну и денек! Интересно, что еще изменилось, если о Философском Камне на этот раз он узнал не от Хагрида, а прямым намеком от директора? Смутные воспоминания о Хэллоуине первого курса всплыли в памяти — согласно им, сегодня Квиррелл проникнет к Пушку, Снейп пойдет за ним, и пес его укусит, а тролль найдет Гермиону. Девочка с Драко, и Гарри был уверен, что ей ничего не угрожает.
***
Гарри планировал насладиться этим Хэллоуином сполна. Праздник удался на славу — над столами летали несколько десятков тыкв среди свечей и летучих мышей, которые, скорее всего, были ненастоящими. Сегодня над столами не висели флаги с цветами их факультетов — там хватало декораций. Над меню домовики потрудились тщательно, и столы ломились от традиционных блюд и новшеств, кажется, иностранной кухни. Они собрались в зале, выслушали речь Дамблдора и теперь насыщались, как могли — каша на завтрак была всем, что им позволила съесть совесть, ублаженная ароматами из кухни.