— Тогда смиритесь с мыслью, сэр, — язвительно ответил Гарри, — что я не среднестатистический волшебник. Мне хватит сил вызвать Адское Пламя, чтобы сжечь Хогвартс, и укротить его, а потом развеять пепел по ветру.
— Откуда у вас такие силы, мистер Поттер? — хрипло выдохнул Люциус, взирая на мальчишку.
— Отец, — вступился за друга Драко. — Просто поверь, они есть. Просто факт.
— Гарри, — всхлипнула Лили. — Гарри, сыночек, что же такое делается с тобой…
Она горько заплакала, Сириус прижал ее к себе, а взгляд, направленный им на Гарри, ясно сказал — говори правду, какой бы она ни была. Смотреть, как плачет мама, Гарри не хотел. Он не хотел ее беспокоить, расстраивать, дорожил каждым моментом, каждой ее эмоцией, улыбкой.
— Мама… Не бойся, в этом нет ничего ненормального…
Но ему не верили. Снейп стоял, казалось, расслабившись, но готов был сорваться с места в любую секунду, чтобы подавить внезапный выброс магии мальчишки, которым еще недавно его пугал Дамблдор. Тогда Северус отнесся к предупреждению директора легкомысленно и теперь жалел об этом. Люциус был сердит, но тщательно это скрывал.
— Отец, — заговорил Драко. — Я владею теми же знаниями, что и Гарри, может, послабее только буду. Я снес голову троллю, но он продолжал крутиться в разные стороны, тогда Гарри прожег ему грудь. Мы сделали это только ради Гермионы, она была в опасности.
— Это очевидно, сын, — вздохнул Люциус, пытаясь расслабиться. — Я недоволен двумя фактами. Ты не говоришь, откуда у вас эти знания, и ты повел себя как гриффиндорец — безрассудно.
— Я заступался за даму, — просто ответил Драко, вставая и прохаживаясь по кабинету. — Кодекс Аристократа обязывает. Дело чести.
— А откуда эти опасные знания? — спросил Сириус. — Не юлите, пожалуйста, дети, это опасно, мы беспокоимся за вас.
Гарри покрутил в руке палочку. Повисшая тишина ему не нравилась, но долго скрывать у них вряд ли бы получилось.
— Если мы расскажем это, — заговорил он своим настоящим тоном, тоном главы Аврората. — Эта правда изменит наши жизни навсегда. Я не только про себя, Драко, Невилла и Гермиону. Я и про вас…
— Поэтому, — подхватил Драко его мысль. — Мы вам расскажем все. Но не сегодня…
— Позже, — кивнул Гарри, глядя с мольбой на маму.
— На Йоль, — закончил Драко. — Этот древний праздник обладает магической силой, тем более Йоль будет являться в каком-то смысле круглой датой, с чего все началось.
Взрослые медленно переглянулись. Сейчас даже Люциус и Сириус были заодно, поэтому тени неприязни не было в пространстве кабинета. Лили утерла слезы. Снейп заметно расслабился и даже присел на стол.
— Йоль, — медленно произнес Люциус, опираясь на трость. — Почему же не Самайн, который мы отмечаем сегодня? Или Белтайн, весенний праздник?
Друзья опять переглянулись. Как объяснить, что именно два праздника были здесь взаимосвязаны. Йоль и Самайн. На Йоль все началось там, на Самайн здесь. Между двумя великими праздниками древности создалась магическая воронка, так они и оказались здесь в Хэллоуин.
— Так получилось, — только и мог сказать Драко.
Взрослые опять переглянулись и пришли к молчаливому согласию.
— Ну, что ж, — снова заговорил за всех Малфой-старший, поднимаясь с кресла. — Можно и подождать. Полтора месяца осталось до Йоля.
— Но с условием, — согласился Сириус, тоже приподнимаясь вместе с Лили. — Что вы все точно расскажете, без утаек.
— Можем дать Непреложный обет, — молвил Гарри, чем вызвал очередной ах у присутствующих. — Но у нас тоже условие. Вы позовете только тех людей, которых одобрим мы с Драко.
— Кого же? — спросил Малфой-старший.
— Сначала надо решить, где будем праздновать Йоль, — нашлась с вопросом Лили, сминая в руках платок Сириуса. — У нас на Гриммо не получится… Там нужно открытое пространство, нам некуда вмещать…
Люциус опустил голову и через минуту ответил:
— Приезжайте на Йоль в Малфой-мэнор. Мы празднуем его каждый год. А кого вы хотели бы позвать, мистер Поттер? Хотелось бы сразу знать, кому рассылать приглашения.
— Гермиону, — первым делом ответил Драко.
Девочка, до сих пор тихо сидевшая в сторонке, подняла глаза на него.