- Леонид Анатольевич, помогите! Спасите! Человек без сознания. В нем были ножницы.
- Что ты несешь, Надюша?
- Что-то, что-то. Человек, говорю, без сознания. Рада, что тебя тут встретила. То есть вас. Хирург – золотые руки! А вы снова со своими шуточками! Помогите, говорю, - Надя вцепилась в руках Лалетина, вытаскивая его в коридор.
Но «бугая» с участковым на руках там уже не было.
- Бедокурова, а тебе точно ничего не привиделось? – покрутил у виска хирург, присвистывая. – Может, ты курнула вчера чего не того или вместо валерьяночки приняла ненароком галлюцигенного.
- Ах так! Вы мне не верите, что жизнь человека сейчас на волоске, а потом будет на вашей совести! – и Надя кинулась в реанимационную. Там уже над Майровым склонились старшая медсестра с анестезиологом. Вскоре в дверях появился и силуэт хирурга Лалетина.
- Надежда, вы здесь лишняя, - строго посмотрел на Надю поверх очков пожилой анестезиолог Борис Максимович.
- Я понимаю, я уйду… Он жив? Жить будет? – дрожащим голосом произнесла Надя.
- Ему повезло. Ножницы вонзились глубоко, но не затронули основной артерии. Буквально в паре сантиметров от нее. И тем не менее крови много потерял.
- Ему нужна кровь? Какая группа, резус? Я готова! Возьмите у меня, лишь бы он поправился?
- Не сомневаюсь в вашей самоотверженности, но Надя, лучшее, что вы можете сейчас сделать – оставить нас в покое. Работать нужно с сосудами сосредоточенно.
- Ну если что вы поняли… Я готова поделиться кровью, - добавила Надя, прикрывая за собой дверь, не смея больше отвлекать врачебную команду и в столь ответственный момент сердить анестезиолога.
Глава 12
В коридоре Надежда встретила соседа.
- Ну что откачали ментика, - пробасил тот.
- Будем надеяться. Спасибо Вам! – надежда с благодарностью поклонилась «бугаю». – Меня Надежда зовут, а Вас?
- А вот этого тебе совсем не обязательно знать, деточка!
Она была благодарна, что мужчина, несмотря на свою сомнительную внешность, татуировки на котором, красовавшиеся на руках, плечах, и вылезавшие из-под майки на торсе, могли рассказать многое об интересном прошлом, тем не менее не оставил Александра в коридоре, даже не побежал в квартиру накинуть на тельняшку что-то теплее и поприличнее.
- Конечно, не обязательно. Просто я Вам очень-очень благодарна.
- Вот и помяни мою душу окаянную за здравие. Буду рад, если лейтенанта откачаете. Молодой хлопчик совсем, пусть живет и радуется. А вы поди с ним еще и свадебку сыграете. Если что – зови, по-соседски подсоблю. Не смотри, что в комнате скитаюсь. Это так для переконтовки, чтобы управлять бригадами легче было, которые на лесной вырубке. А так есть у меня и хаты в городе, и база отдыха.
Надежда слушала вполуха. Мысли вертелись где-то в операционной. Но про свадебку «уловила». Эх, его слова, да Богу уши, как говаривала присказку ее бабушка. Главное, чтобы Александр поправился.
- Ладно, девка, и так разболтался я. Всего желаю! Живите все долго и счастливо!
- И вам того же! Еще раз спасибо!
«Бугай» не обернувшись, лишь отмахнулся от нее рукой, мол, не в его правилах все эти телячьи нежности.
Надежда, не находя больше себе места в коридоре, поднялась до своего отделения. В своей каморке в роддоме, она переоделась в медицинский халат, налила стакан чистой воды, выпила его залпом и налила следующий. Все-таки вода помогает прийти в себя лучше всякого лекарства. То что они с докторами не раз советовали пациентам, она сейчас на себе проверила.
Глава 13
Посидев сколько-то в кресле, Надежда вскипятила чай, выпила кружку с сушками. К счастью, никто из акушерок на смене к ней не зашел, иначе пришлось бы отвечать на лишние вопросы-расспросы. Ни всей правды рассказывать, ни тем более что-либо придумывать, сил никаких не было.
В какой-то момент Надя словила себя на мысли, что не помешало бы вздремнуть. Усталость от переживаний уводила землю из-под ног. Но не утерпела, и вновь устремилась в хирургическое отделение. В белом халате она спокойно шла по коридорам. Больше ей коллеги вопросов не задавали – мало ли что могло потребоваться акушерке на хирургическом – вплоть до совета врача? Да и к чему вообще-то кому-то что-то объяснять?
…Тихо подкравшись к операционной, Надя убедилась, что операция или что там за процесс происходит – продолжается. За дверями виднелись силуэты в белых халатах. Долго. Видно серьезно все. Эх, Майоров, Майоров со своей храбростью.