Егор Павлович спустился первым, с осторожностью ставя ноги в домашних клетчатых тапках на узкие доски самодельной лестницы. Что-то громыхнуло внизу. Раздался поступательный скрип вкручиваемой лампы, и оттуда полился свет.
– Залезай!
Галактион спустился.
Он помнил с детства этот подвал: низкий даже для ребёнка потолок, толстые, построенные по принципу колонн, опоры фундамента из белого кирпича. Общая картина была такой же, какой она сохранилась с детства в его памяти, только сгибаться теперь приходилось в три погибели, вокруг было слишком много густой паутины, а на лавках вместо многообещающе блестевших банок с вареньем стояли пыльные коробки и ящики, из некоторых торчали провода.
– Помоги вот с этими, – сказал отец, ткнув полусогнутым пальцем в дощатый ящик, стоявший отдельно.
Не спрашивая, Галактион принялся подтаскивать крайне тяжелый ящик к лазу в подпол, где его, кряхтя, принял отец.
– Помой руки, – сказал отец строго, как в детстве.
Галактион слегка ошалел от такого тона, он уже был не мальчик, но видя состояние отца: тот будто совершал мистический ритуал, подчинился.
Хотя со стороны Галактиона не было высказано намерение, а со стороны его отца ничего не было сказано о средствах, оба понимали, что лежит в коробках и ящике, и что они должны делать.
Когда Галактион вернулся из ванной, вытирая руки тонким и грязным полотенцем, отец, оторвав взгляд, от рабочего инвентаря, спросил:
– Когда?
– Через неделю, – ответил Галактион.
Отец пощёлкал языком. Он весь оживился, на лице стали проступать человеческие эмоции.
– Успеем.
Перед выходом Галактион ещё раз заглянул отцу в глаза. О том, что он снова не впадёт в пьяное забытьё ему сообщил нехороший огонь, утонувший под упрямо опущенными бровями.
– Здорово, Борис, как жизнь?
Галактион вошёл в квартирку того самого хакера.
– Да так же, если не считать потерянных нескольких лет на тюрьме, – пародируя тюремный выговор, прохрипел низкий белобрысый человечек с толстым туловищем, короткими конечностями и квадратной головой.
– Скромно ты тут живёшь! – не удержался Галактион.
– А что мне? Исследую, изучаю Сеть потихоньку. Девочек иногда зову, – он улыбнулся и подмигнул – хочешь сейчас вызовем?
– Нет.
– Я вижу у тебя серьёзные замыслы, – иронично проговорил Борис, но при этом его глаза холодно оценивали, насколько Галактион действительно серьёзен.
Галактиона удивляла обстановка, в которой живёт этот человек. Стащенные им из банков миллионы киберполицейские и службы безопасности банков смогли вернуть лишь частично: и то лишь потому, что он им сам скормил эту кость, чтобы сократить себе срок. Однако он, по-видимому, вообще никак не использовал их, тратя только на лучшее компьютерное железо, доставку еды на дом и проституток.
По существу, он бы отказался помогать Галактиону, несмотря на то, что они неплохо сошлись в тюрьме: два интеллектуала, но Борис имел весомый должок.
– Что ломаем? – быстро спросил он, видя, что намерения Галактиона серьёзны.
– Базу МТелеБи.
– Уфф, дружок… Не знаю, что и сказать.
– Неужели это сложнее банков?
– Да как бы объяснить… От банка зависит. Вообще, банковские операции – штука многослойная, но на разных стадиях их проведения степень защиты не одинаковая, там проще вклиниться в уязвимое место. С базами операторов – другое – это статика. Просто данные, запертые за кучей разных алгоритмов, которые постоянно обновляются. Не имея хоть каких-то ключей, не получится.
Галактион, не мигая смотрел на него.
– Ну, понимаешь, это как кидать удочку в океан, в котором к тому же куча разнонаправленных подводных течений. Но ты скажи мне вот что: тебе это зачем?
– Много знать хочешь, – грубо сказал Галактион.
– Не обязательно говорить всё, но мне надо знать ровно один шаг, следующий за взломом, то есть то, как ты непосредственно распорядишься полученной инфой.
– Надо человечка одного найти.
– Пфф… Я-то напредставлял всего… Так это и без всяких баз данных можно сделать.
Галактион объяснил ему ситуацию, суть которой сводилась к тому, что других наводок на того человека у него нет, есть только имя и дата, когда тот пришёл менять сим-карту. Даже архивные видеозаписи с камер уже давно были стёрты ввиду давности.
– Имя и дату хорошо помнишь?