Пригнувшись, я подтянула вперед туловище.
Лицо мигом осветил приглушенный свет лампы дневного света, а в нос ворвался прохладный аромат улицы, идущей с черного хода.
— ДАЖЕ НЕ ВЗДУМАЙ УБЕГАТЬ!!!! Я ВСЕ РАВНО ТЕБЯ ДОСТАНУУУ!!!
Портал вдруг зарябил, а затем вновь стал сужаться обратно.
С губ слетел вскрик, когда я почувствовала, как стены вновь стали наползать друг на друга.
Собрав всю волю в кулак, я резко дернулась вперед, и вот уже мгновение спустя почувствовала под собой холодный мрамор, которым был выложен пол на лестничной площадке.
Все еще влажные волосы облепили лицо, а сердце внутри груди колотилось как бешеное.
В узкой щели мелькнуло обезумевшее лицо Анджея, а его звериный вопль пронзил слух острой стрелой.
Яркая вспышка озарила собой все вокруг, а я, недолго думая, с воплем вскочила на ноги и понеслась прочь.
Добравшись до первого этажа, я понеслась к выходу.
Когда дверь за мной захлопывалась, я была готова поклясться, что наверху послышались громыхающие по лестнице шаги.
Во дворе неподалеку, на той самой лавчонке, что этим самым летом пели песни выпускники, сидело несколько молодых людей. Громко хохочущих и лениво потягивающих пиво.
— Ого! Вы только зацените эту картину! Ничего себе… А меня с собой не захватишь, краля?
Не обратив на них никакого внимания, я отключила сигнализацию и юркнула в машину.
Руки тряслись, но ключ в зажигание я сумела вставить практически сразу же.
Включив заднюю, я резко газанула. Двор оглушил звук мощного мотора.
Выжав сцепление и переключив передачу, я ловко выкрутила руль, а затем вновь, что есть дури, вдавила педаль в пол.
Кожаное сиденье неприятно прилипало к коже, тут и там виднелись мелкие кровоподтеки, а ногти на ногах обломились.
Зуб не попадал на зуб. Я продрогла до костей.
Трясущиеся пальцы потянулись к приборной панели, а затем надавили на кнопку включения обогрева.
Уже буквально секунду спустя в салоне стало становиться теплее, а моей единственной целью было не уснуть и не разбиться насмерть по пути до дома. Дома, который всегда был моей собственной неприступной крепостью.
Когда я осторожно открыла входную дверь, она едва заметно моргнула красным. Как мне это удалось без ключей? Сама не знаю.
Стоило ладони соприкоснуться с металлической поверхностью ручки, как она мигом опустилась.
Сердце в груди тихо ухнуло. Перед глазами вновь пронеслось перекошенное от злости лицо Анджея, а также захлопывающийся на глазах портал.
С губ слетел тихий стон, когда позади щелкнул замок. Дверь снова моргнула, а затем замерла.
Снова заработал защитный барьер.
Поскольку в квартире по-прежнему было тихо, а в меня до сих пор не полетели всевозможные заклятья и зелья, очевидно, данная магическая приблуда приняла меня за свою.
«Слава Богу, что консьерж уже спал», — пронеслось у меня в голове, когда я припомнила с каким стыдом пробиралась мимо его комнатенки в чем мать родила.
Все тело болело, а мне самой хотелось умереть.
То, что произошло полчаса назад буквально раздавило, растоптало меня.
Анджей… Мой Анджей превратился в самое настоящее чудовище. И… это точно произошло не по его вине.
Очевидно, Мюллер нанес свой удар гораздо раньше, чем мы предполагали. Да еще сделал это самым изощренным способом.
«Очередное Заклятие?», — пронеслось в голове. — «Такое же, какое он наложил на меня? Но это же невозможно! Мы с Анджеем ведь связаны Клятвой…», — рассуждала я про себя.
Часы в кабинете отца тихо шелестели маятником.
Положив на комод ключи от машины, я прошла вперед и приоткрыла дверь родительской спальни.
Скинув одеяло на пол, на кровати, тихо посапывая, спала Мэдди. Черные волосы мексиканки рассыпались по подушке, а красивое смуглое тело обтягивало стильное спортивное белье из белоснежного хлопка.
На шее даже в темноте был заметен точно такой же кулон, как и у Ясмин. Красный камень спокойно вздымался туда-сюда, в такт дыханию девушки.