Андрей, было, дернулся вперед, но путь ему мигом перегородил Давид:
— Не ведись на это! Он одержим. Это же слышно по его голосу.
— Я не в состоянии слушать этот бред! — прошипел друг.
Недолго думая, я обошла друзей и медленно направилась в просторную гостиную.
— Амелия, какого черта ты делаешь?! — приглушенно выругался Марк, но ступни уже преодолели порог и оказались в комнате.
Все вокруг выглядело так, словно квартира была заброшена не один десяток лет: немногочисленная мебель перевернута вверх дном, стены покрывает все та же непонятная черная жижа, на вазах, картинах и диване — белесая пыль, напоминающая собой пепел.
Рояль, на котором Анджей еще вчера играл с такой страстью — разнесен в щепки.
— А вот и ты, — послышался ехидный смешок. — Зачем вернулась? Хочешь попросить о разводе?
Супруг сидел посреди комнаты на том самом кресле с высокой спинкой, что стояло возле выхода на балкон.
Его точеную фигуру обтягивал черный строгий костюм в стиле френч. На пальце сияло толстое витиеватое кольцо с замысловатой печаткой.
— Я всего лишь хочу поговорить, Анджей, — отозвалась я.
— Да? — хохотнул он, поднося ко рту очередной пакет с кровью и выдавливая его содержимое себе в рот. — И поэтому привела с собой целый боевой отряд?
Ребята медленно вошли в помещение, выстраиваясь позади меня в шеренгу.
Под глазами супруга до сих пор лежали плотные тени, кожа побледнела, а синие глаза сияли болезненным блеском.
— Вы только посмотрите! Стражи, бывший прихвостень моего отца, добрая подружка, недооборотень, а еще… Как же мне лучше назвать блондинчика-деревенщину?
— Можешь звать меня как хочешь, — с невероятно спокойным видом пробормотал Джейк. — Мне все равно.
Анджей хмыкнул, откидываясь на спинку кресла.
— Что ж… Может, прелюбодей? Вы ведь уже сделали это? Ведь так, Амелия? Он уже трахнул тебя?
Я почувствовала, как у меня в горле образуется ком. Гнев плотно начинал зарождаться где-то в районе живота, а затем подниматься все выше и выше.
— Я не желаю этого слышать, Анджей! — пробормотала я. — Это не ты! Тот Анджей Моретти, которого я знала и любила… Он никогда не позволил бы себе подобных заявлений! Он никогда не посмел бы оскорбить друзей. Он никогда бы…
Голос вдруг предательски дрогнул.
— Не изнасиловал бы собственную жену.
На один короткий момент наши глаза встретились. Тьма, что теперь практически полностью застилала взор Анджея вдруг на секунду отступила, сменившись привычной синевой, а затем он недовольно прищурился:
— Перестань нести чушь! Вчера не произошло ничего из ряда вон выходящего… Особенно учитывая тот факт, что ты предала меня!
Последние слова, брошенные с неподдельной яростью, больно «полоснули» по сердцу.
— Анджей, что ты такое говоришь?
— Ты попросила этого недоумка установить ловушку! Не нужно было лезть!!!
Супруг вдруг резко вскочил с кресла и принял боевую стойку.
— Во что лезть, Анджей? — послышался сзади голос Оливии. — Просвети нас.
— Я… я…
Тело любимого вдруг с силой изогнулось. Его рот оскалился, обнажая красивые жемчужные зубы.
— Уходите пока не поздно! — в отчаянии протянул он.
Сейчас перед нами вновь предстал тот самый Анджей, которого все присутствующие знали и любили.
— Она не пощадит ее! Уведите Амелию! Не позволяйте ей приближаться… Она… она…
Анджей вновь выпрямился, а взгляд его снова потемнел.
— Его душой завладел демон, — прошептал Давид где-то сбоку. — И Клан тут явно ни при чем. Мюллер не способен на подобные штуки.
— Тогда какого хрена тут творится? — пробормотал Андрей. — Вы его слышали! Нужно уходить. Амелия в опасности…
— Анджей, позволь нам помочь, — неуверенно начала я. — Мы найдем способ излечить тебя. Даниель и Агата…
Комнату вновь пронзил оглушительный хохот.
Заляпанные темной жижей окна едва-едва пропускали внутрь помещения дневной свет.
Только сейчас я ощутила, как с губ срывается клубок пара.
— Да пошли они! Чертовы приживалы! И ты пошла…