— Ты… — протянула я, с силой сжимая кулаки. — Это все произошло из-за тебя!
— Так оно и есть.
На мгновение в помещении воцарилась тишина. До ушей доносились лишь звуки разразившейся в соседнем помещении битвы: приглушенные и искаженные. Словно застрявшие в вакууме.
— Я не накладывала на Анджея никаких заклятий, глупая девчонка… Он сам захотел меня увидеть. Он сам пришел ко мне. Его влекло ко мне.
Мария выдержала паузу, а затем, глядя мне прямо в глаза, выдала:
— Он сам овладел мной сразу же после того, как покинул вашу супружескую постель.
Сердце в груди было готово разлететься на куски. Слова демоницы резали душу, словно обоюдоострый нож, а ее остатки словно бы вываливались наружу, оборачиваясь в прах.
Внутри меня… что-то умерло.
— Ты врешь, — прошептала я, при этом совершенно четко понимая, что все сказанное — истинная правда.
— Ты не хуже меня знаешь, что это не так.
Наши глаза встретились, волосы на моей голове затрепетали, а потом Мария договорила:
— Для Анджея больше ничто не важно. Ничто, кроме меня. А это означает… что теперь ты должна умереть. Миру будет достаточно одной части Диаманта. Той, что принесет победу Клану.
С этими словами девушка резко выбросила свои ладони вперед, и огромный столп черного тумана понесся прямо на меня с оглушительной силой.
Дыхание в груди сперло, сердце заколотилось, а волосы так и затрепетали.
Недолго думая, я ответила на атаку неприятельницы своей собственной.
Ослепительные серебристо-голубые всполохи сорвались с пальцев и столкнулись с поглощающей все вокруг темнотой.
— Отступи! Сдайся! Все кончено, Амелия… У тебя больше ничего не осталось. Ты одна! Никому не нужная, брошенная и растерзанная.
Я изо всех сил напрягла запястья. Пространство вокруг заискрилось яркими всполохами, стены комнаты задрожали, а мое тело было готово вот-вот переломиться пополам.
Столп энергии, что породила Мария напирал прямо на меня, силясь раздавить. Он был беспощадным, холодным и безжизненным. Таким, будто его породила сама преисподняя.
— Пока жива я и Стражи, мы будем сражаться! За этот мир, за людей, за все то светлое, что уже давным-давно умерло внутри тебя… За того Анджея, что любил и оберегал меня все это время!!!
Темнота вокруг становилась все гуще, и я вдруг ощутила, как мои колени начинают подкашиваться.
Голову пронзила резкая боль, словно что-то внутри лопнуло, а ладони задрожали.
В тот самый миг, когда я поняла, что силы практически полностью меня покинули, все вокруг словно бы замедлилось, воздух стал густым, а чернота вокруг меня затрепетала.
— Нужно торопиться, любовь моя, — послышался голос Анджея, прозвучавший словно откуда-то из морских глубин. — Мальчишка… У него есть то, что мы не предполагали. Стражи смогли высвободиться!
«Анджей», — пронеслось у меня в голове. — «Анджей, пожалуйста, не уходи… Нет!!!».
— Я все равно убью ее!!! — послышался вопль Марии.
Тьма вокруг стала совсем непроглядной, дышать стало практически нечем, а затем я ощутила, как вокруг меня плотно закрепляются похожие на витиеватые корни щупальца Альмакуба и с силой сдавливают кости.
С губ слетел стон.
— Идем же!
— Нет!!!
В этот самый миг черная, как ночь пелена вдруг беспокойно затрепетала. Ее пронзил яркий свет, а затем сковавшие меня путы резко ослабли.
Помещение наполнил оглушительный вопль, а затем все вокруг задрожало, загудело и рвануло одной огромной ослепительной вспышкой.
Наша с Анджеем спальня вновь приняла привычные очертания, чернота, что до этого самого момента покрывала собой все вокруг, начала опадать и собираться в одной точке, опоясывая собой тонущие в ней фигуры Анджея и Марии.
— Анджей… — прошептала я, чувствуя, как падаю.
Когда паркет должен был соприкоснуться с обмякшим телом, я ощутила, как чьи-то сильные руки крепко-накрепко обхватывают меня за талию.
В нос мигом ворвался аромат лаванды, трав и лимонного мыла.
— В сторону! — послышался заторможенный голос Давида. — Он отпускает время…