Джеймс многозначительно кивнул. Несмотря на свой рост, австралиец все равно выглядел невероятно внушительно. Мускулы под его черной футболкой так и играли.
— В китайской мифологии есть похожий демон. Его называют Хуапигуй. Как правило, в него превращаются именно женщины, которые при жизни были очень сильно обижены мужчиной.
— Это те, которые похищают чужую кожу? — беззаботно пробормотала Оливия, отправляя в рот кусок жаркого.
Я почувствовала, как к горлу вдруг подступила тошнота и осторожно отвела в сторону кусочек мяса, поняв, что сегодня так и не смогу проглотить ни кусочка.
Сидящий рядом Джейк тихо усмехнулся, с нескрываемым удовольствием отпив из бокала. Его аквамариновые радужки сейчас едва заметно отливали золотым.
— Понимаю, возможно, аналогия и слабовата, но некоторые сходные черты обнаружить можно. Оба существа, и Хуапигуй и Альмакуб — демоны разрушения в женском обличье. Оба — результат помрачения души носителя при жизни, в виду того или иного любовного потрясения. То, что Анджей и эта девушка были связаны Клятвой, здесь играет основную роль.
— И в чем же она заключается? — поинтересовался Марк.
Джеймс сделал глоток из бокала, а затем продолжил:
— В данном случае, во времени. Здесь важен принцип, «кто успел, тот и съел». Пока Анджей остается связан первоначальной Клятвой, вторая не имеет силы.
Сзади послышались приглушенные голоса. Словно затылком ощутив, что кто-то говорит обо мне, я обернулась: темные глаза Лорен смеривали меня ненавистным взглядом, ровно, как и глаза окружающих девицу других пяти-шести вампиров. Ехидно ухмыльнувшись, она отправила в рот вилку с мясом, а у меня в голове почти что отчетливо прозвучало: «просто так тебе от меня не отделаться».
В этот самый миг я ощутила, как на мое плечо опускается теплая шершавая ладонь.
Вновь повернувшись к остальным, я бросила на Джейка пристальный взгляд. Глаза юноши говорили о том, что он также все прекрасно расслышал, и замечание девицы не было плодом моего разыгравшегося воображения.
Соскользнув с плеча, его пальцы осторожно опустились под стол, а затем сплелись с моими, прижав их к прохладной поверхности скамьи.
— И что в таком случае нам нужно делать? — вновь вступила в разговор Оливия. — Как прекратить действие первой Клятвы? Фактически, Мария уже мертва…
— Нужно доказать это Анджею.
— Что именно? — непонимающе протянула я.
Голубые глаза мужчины пристально на меня посмотрели, а затем, сложив ладони домиком под подбородком, он продолжил:
— Нужно доказать, что его душа находится под действием Заклятия. Очистить ее. Заставить вновь стать собой.
— Но как?
Джеймс многозначительно улыбнулся, а затем произнес:
— Жизнь познается через битву. Через нее приходит сила и знание будущего. Нужно вступить в нее, и понять, чего ты стоишь. Нанести первый удар. Пролить первую кровь.
Я почувствовала, как мысли словно бы свернулись в тугой узел. Никогда я не умела понимать этого тонкого искусства метафор и намеков.
Когда мой рот уже открылся, чтобы задать очередной вопрос, к беседе присоединилась улыбающаяся Валентина:
— Наш австралийский друг прав как никогда. Разум должен возобладать над телом, но при этом кровь — над духом. Клятва должна быть закреплена на деле. Через силу, через боль, через жертву…
Я непонимающим взглядом уставилась на присутствующих, но когда увидела переменившиеся лица Джейка и Давида, поняла, что даже они наконец обрели некую доли надежды на то, что все еще может закончиться хорошо.
— Только не говорите, что вы поняли, о чем только что сказал Его Сиятельство, господин Белый Тигр!
Джеймс едва заметно хохотнул, из-за чего в уголках его голубых глаз образовались легкие морщинки.
— Ты и сама все скоро поймешь. Не нужно бояться грядущей битвы, Диамант. Ибо, только ее исход решит судьбу всего сущего, — протянул он.
Повисла недолгая пауза, которую нарушил молчащий до этого Давид:
— Мои источники в старых кругах сообщают, что Мюллер заканчивает сбор новых сторонников. Амелия рассказала, что к вам они тоже уже наведывались…