Лань. Молодая. Без рожек. Совсем беззащитная.
Под ногами захрустело и захлюпало. Влажная земля, перемешанная с листьями и тонким хворостом совершенно не желала, чтобы ее беспокоили.
Я осторожно двинулась навстречу животному, а оно — навстречу ко мне.
Одно короткое мгновение, и прекрасная мордочка подалась вперед, позволяя провести по ней рукой.
— Хорошая, хорошая, — прошептала я, проходясь пальцами по мягкой шерстке.
Лань прикрыла глаза и на одно короткое мгновение прижалась прямо ко мне.
Я опустила голову и с наслаждением втянула в себя исходящий от животного запах леса и полевых цветов.
— Ты хочешь мне что-то показать. Ведь так?
Словно поняв каждое слово, лань вновь открыла глаза, посмотрела на меня с какой-то невероятной грустью и осторожно направилась в сторону деревьев.
Недолго думая, я пошла следом.
Песня в наушниках на мгновение затихла, а затем пошла на повтор.
Молодое прекрасное животное вело меня вперед, а я послушно следовала за ней.
Примерно полчаса спустя деревья стали редеть, а сквозь кроны проступили очертания водной глади, подсвеченной сиянием луны.
Еще пару шагов, и мы с красавицей оказались на небольшой плоской поляне, раскинувшейся где-то на северной части озера.
Дом Ясмин (а вместе с ним и Анджей), остались далеко позади, ровно, как и вся моя прошлая жизнь. Скоро все должно будет кончиться, и я четко это понимала.
Впереди виднелся длинный деревянный мостик, доходящий практически до самой середины водоема.
Лань еще раз осторожно приложилась ко мне своей мордочкой, а затем пристально заглянула мне в лицо своими черными-глазами бусинами.
— Я все поняла, моя милая, — прошептала я. — Лучше, чем ты думаешь.
С этими словами животное отстранилось и вновь осторожно направилось в чащу.
Проводив ее взглядом, я снова обернулась и не спеша направилась к импровизированному пирсу.
Ноги неуверенно наступили на деревянный настил.
Где-то в темноте послышался всплеск.
Луна стала светить еще раньше, а на воде вдруг заплясала едва заметная дымка.
— Мы ждали тебя, — послышался тихий шепот, напоминающий собой ни что иное, как журчание воды. — Диамант поступила мудро, приняв совет нашей сестры.
Я напрягла зрение, пытаясь разглядеть говорившего, но у меня ничего не вышло.
— Мы здесь!
Палец резко нажал на кнопку отключения воспроизведения, а взгляд устремился вверх.
Там, где заканчивался мостик, в нескольких метрах от водной поверхности, в воздухе парило невероятной красоты создание с длинными, иссиня-зелеными волосами. Глаза женщины были прикрыты, а зрачки так и вращались, словно прямо в этот самый момент ей снился какой-то удивительный, совсем невероятный сон.
Ноги вдруг стали совсем ватными и уже едва меня слушались.
Когда я оказалась совсем рядом, женщина вдруг открыла глаза.
На меня посмотрело ничто иное, как два огромных изумруда. На голове девушки красовался внушительный венок из водяных лилий и каких-то непонятных водорослей. Пахло тиной и ракушками.
Стройное тело незнакомки едва заметно покачивалось.
— Туманы здесь редки… Но, когда они случаются, Никсы могут выбраться наружу и полетать на влажных волнах.
Я замерла.
— Кто вы?
Женщина улыбнулась, а затем медленно-медленно направилась вниз. Ко мне.
Когда ее ноги приземлились на самое окончание досок, я осторожно попятилась назад, опасаясь, что она рухнет в воду.
— Меня зовут Неффритт. Я - королева Никс, озерных нимф. Наша сестра из племени древних заклинателей сказала, что тебе нужна помощь, Диамант. Что твою светлую невинную душу успели очернить темным Заклятием и… кровью.
Я с трудом сумела протолкнуть застрявший в горле ком. На глаза вдруг стали наворачиваться слезы.
Откуда-то со стороны леса вдруг налетел ветер и растрепал мои волосы.
— Это правда, Неффритт. Я совершила ужасную вещь. После которой невозможно получить прощение или очиститься.