— Что?
— Остановись.
— Но… почему?
— Потому что… я не могу. Я все еще замужем.
Повисла пауза.
— Даже несмотря на все, что сейчас происходит с Анджеем… Мы не можем так поступать. Ты мне очень нравишься…
«Янтарь» в его глазах вдруг стал притухать, сменяясь привычным «аквамарином».
— А он? — вдруг прошипел Джейк. — Он может ТАК поступать с тобой?
Я приподнялась еще выше, и валлиец был вынужден отстраниться.
Присев на кровати, он тяжело выдохнул, а затем бессильно провел пятерней по растрепавшимся волосам.
— Это не он. Это Заклятие. И ты это знаешь.
— А что, если нет? Что, если где-то глубоко в душе, крохотная частичка Анджея все же желала Марию? Что бы ты делала тогда?
Я почувствовала, как слова Джейкоба вонзились в меня все равно, что кинжал.
— Зачем ты так, Джейк? Я… я ведь не…
Он вновь посмотрел прямо на меня, его ладонь вдруг подалась вперед, и, обхватив меня за затылок, придвинула к себе. Наши лбы соприкоснулись.
— Знаю. Прости. Просто… Я не хочу слышать это избитое «Ты мне очень нравишься, но…». Неужели я тебе противен?
— Не существует никаких «но», Джейк, — прошептала я, обхватывая его лицо ладонями. — Просто, сейчас действительно не время. Впереди нас ждут тяжелые дни. Может быть, даже последние в нашей жизни. А то, что ты думаешь… Это неправда.
— Что именно?
— То, что ты противен мне.
Наши глаза встретились, а я осторожно провела кончиками пальцев по его горячей щеке. На коже все еще сохранялась влажная дорожка от моих поцелуев.
— То есть…
Я кивнула.
— Если я скажу, что ты сводишь меня с ума, ты поверишь? То, что я постоянно думаю о тебе с тех самых пор, как только увидела…
— Амелия… — прошептал он, вновь целуя меня в губы.
В этот раз я не отстранилась, позволяя Джейку эту небольшую вольность.
— Но сейчас мы должны быть выше этого. Мы должны думать о битве. Я должна вернуть Анджея. Как ни крути, но я все равно люблю его.
Я замолчала на мгновение, а затем добавила:
— Если же в его сердце что-то изменилось не под действием чар, я хочу сама это понять. Мой долг — попытаться вернуть назад своего мужа. Но это вовсе не означает, что мне противен ты. Просто… будь рядом, ладно?
Пальцы парня вновь прошлись по моей щеке, и он утвердительно кивнул:
— Я буду рядом столько, сколько потребуется. И если рано или поздно ты пошлешь меня ко всем чертям… Я приму это.
— Этого не будет, Джейк. За эти пару дней ты превратился для меня в одного из самых близких людей в мире. А близких я не вышвыриваю из своей жизни никогда.
Повисла пауза, а затем Джейкоб вдруг прошептал:
— Может, раз уж мы оба не спим… Немного проветримся?
Я смерила его многозначительным взглядом.
— «Проветримся»?
Молодой валлиец поднялся с постели, и, подойдя к своей кожаной куртке, висящей на кресле, выудил из кармана пачку сигарет. Из-под неплотно прикрытого клапана торчала зажигалка.
— Всегда мечтал пропустить в воздух пару колечек, пялясь на Южный Крест[4].
Я почувствовала, как губы расползаются в улыбке.
— Джейкоб Уоллхем… Вы не перестаете меня удивлять.
С этими словами я поднялась с измятой постели, неловко поправляя футболку. Несмотря на то, что бедра она прикрывала, мне все равно все еще было не по себе.
— Перестань, — протянул он, хохотнув. — Выглядишь отлично. Если будет легче, то я тоже напялю футболку.
Он стянул с кресла небрежно брошенный клочок хлопка, а затем протянул его через голову.
— Мне станет легче, когда на мне будет что-нибудь еще.
Закатив глаза, парень пропустил меня вперед.
Мы вновь оказались в темноте спортивного зала.
Сзади послышался приглушенный смешок, когда я стянула с верхушки рюкзака оставленные там темные джинсы.
— Что? — протянула я, наблюдая за взглядом Джейкоба.
— Одно очко в мою пользу.
— В каком смысле?