— Но, что я тогда буду делать?
— Постарайся помочь тем, кто выживет. Позаботься о них. Не дай им попасться в лапы Клану.
С губ молодого еврея слетел тяжелый вздох.
— Хорошо. Я сделаю все, что в моих силах.
Я почувствовала, как губы дрогнули в едва ощутимой улыбке.
— Другого я и не ожидала. Просто…
— Да?
— Пока постараемся сделать так, чтобы не произошло самого худшего.
— Я безумно рад, что был вашим преподавателем все эти годы. Это была честь для меня. Лучших учеников нельзя было и желать.
Недолго думая, Даниель протянул ко мне руки, а затем крепко-накрепко прижал к себе.
— Мы тоже благодарны, что у нас все эти годы был ты.
— Амелия! Даниель! — донесся откуда-то снизу голос Кейши. — Все уже собрались. Пора. Уже темнеет.
Отстранившись, мы одарили друг друга улыбками, а затем не спеша отправились вниз.
Когда в нос ворвался едва уловимый аромат пылающего камина и тушеного картофеля, я вдруг почувствовала, как сердце в груди вновь с силой ударяется о ребра.
Даниель прошел вперед и опустился на небольшой диванчик-канапе, обшитый темно-бордовым бархатом. Аккурат рядом с застывшей на нем Ясмин. Ливанка одарила преподавателя легкой улыбкой, а я вдруг поняла, что все остальные вперились в меня пристальными взглядами.
Комната была полна народу. Помимо Адрианы и Жоау, Малеку удалось привести еще несколько десятков представителей тех или иных вампирских семей. «Сестры» Ясмин, оборотни, а также народы Авроры и Олли, тех самых эльфов и гномов, которых мы с Анджеем встретили в Норвегии, уже примостились на специально подготовленных для них креслах. На лице маленького человечка играла добродушная, почти ласковая улыбка.
— Ну что, готовы обсудить предстоящую тактику, о Предводитель? — протянул Димитрий, предводитель Клана Оборотней и отец Андрея по совместительству.
С силой втянув в себя воздух, я, на одно короткое мгновение прикрыла глаза, а затем направилась вперед.
Завтра все будет решено. Раз и навсегда. На веки вечные.
— Да, черт возьми! Я готова.
Резко открыв глаза, я с силой втянула в себя глоток морозного воздуха. Тело само подскочило на кровати, а взгляд устремился вперед.
Ведущие на балкон стеклянные двери оказались открыты настежь, а занавеси едва заметно трепетали на ветру. Кожа на руках мигом покрылась мурашками. Изо рта вырвался клубок пара.
— Какого черта… — прошептала я, опуская ноги на ковер.
Несколько шагов, и стопы уже осторожно передвигаются по холодному каменному полу. Зубы стучат, а сердце в груди так и колотится.
Медленно отодвинув тонкий тюль в сторону, я выглянула наружу.
Океан вдалеке приглушенно гудел, а с хмурого неба мерно сыпали крупные снежные хлопья, буквально на глазах засыпая собой все вокруг.
За ночь земля успела промерзнуть, словно предчувствуя приближение скорого конца этого мира, а ветер стал еще более пронизывающим.
Несмотря на то, что все еще было темно, я четко ощущала приближение рассвета. Глаза устремились к холму, а затылок вдруг пронзила резкая боль.
Я с силой сжала зубы и обхватила руками виски.
Когда, пару мгновений спустя, боль все же отступила, сердце в груди вновь с силой бухнуло о ребра.
Зло приближалось. Клан, почитающий давние традиции вековых сражений, выдвинулся к месту и уже скоро будет здесь. Пора и нам отправляться навстречу судьбе. Навстречу смерти. Навстречу надежде.
— Да будет так, — прошептала я, а затем, поднеся к губам висевший на шее серебряный крест, направилась обратно в спальню.
Недолго думая, я умыла лицо холодной, буквально ледяной водой, почистила зубы, а затем, подойдя к шкафу, механически, словно самое настоящее зомби, натянула на себя белую футболку, кожаные брюки и точно такую же кожаную куртку.
Затянув на голове высокий хвост, я опустилась на табурет и облачила ступни в тяжелые, но удобные военные ботинки с протектором, а затем закрепила на бедрах специально приготовленные Кристофером и Агатой ножны, в которые вошло по два удлиненных кинжала с витиеватыми узорами на клинках.