— Вот мы и встретились, Диамант! — на губах Марии застыла ехидная ухмылка. — Теперь тебя некому защищать. Ну что, один на один?
Недолго думая, я резко выбросила ладонь вперед: из кончиков пальцев молниеносно вырывалось ослепительное голубое пламя и со всей силы влетело в грудь девицы.
Словно самая настоящая черная дыра, ее щуплое тело вдруг безо всяких проблем поглотило весь телекинетический заряд, оставляя за собой короткую, едва уловимую вспышку на ее темных одеждах.
— Не так себе это представляла?
Фраза так и не успела слететь с моих губ.
Издав оглушительный вопль, Мария заставляет свои пальцы преобразиться.
Прямо на глазах ее бледная кожа вдруг начала темнеть, оборачиваясь в отвратительные темные щупальца.
Один короткий миг, и они, словно эластичные резиновые нити, понеслись прямиком к мои ногам.
Не успела я отскочить в сторону, как одна из плотных полосок вдруг обвилась вокруг моего ботинка и с силой опрокинула на спину.
Тело пронзила резкая боль, а в ушах так и зазвенело.
— Черт! — сорвалось с губ, когда я попыталась подняться.
В этот момент надо мной вдруг зависла огромная тень.
Жирный тупоголовый огр с оглушительным воплем уже поднимал надо мной свою здоровенную ножищу, норовя вот-вот раздавить.
В глазах двоилось. Я беспомощно начала водить руками по раскисшей земле, в надежде найти хотя бы какую-нибудь точку опоры. Оба кинжала отлетели в сторону, а множество ног с молниеносной скоростью отшвырнули их прочь даже не заметив.
С губ Марии сорвался оглушительный смех.
Когда ноги уродца должны были соприкоснуться с темной кожей моей куртки, его тучное тело вдруг отлетело прочь, а из глубин ревущей толпы, словно метеор вылетела Ханна и буквально голыми руками свернула его толстую шею.
Недолго думая, я воспользовалась моментом и резко вскочила на ноги.
Один короткий миг, и мы с Марией вновь несемся друг другу навстречу. Совсем рядом я замечаю Ясмин, которая с остервенением запускает в возникшую перед ней бывшую соратницу по сестринству сразу несколько ослепительных ярких огненных вспышек. Среди густого, неизвестно откуда взявшегося дыма я вижу также внушительные фигуры огромных темных кошек, проносящихся туда-сюда и выбирающих себе очередную жертву.
Наши руки с бывшей Анджея переплетаются, а мне в уши врывается ее оглушительный рев.
— Теперь ты не сможешь нам помешать!!! Мы с Анджеем навечно будем вместе! А ты… сдохнешь и канешь в небытие! Пока Анджей и Рихард перерезают глотки твоим друзьям, я покончу с тобой! Я упросила его уступить эту честь мне…
Когда мы вновь грузно падаем на землю, я ощущаю, как хрупкое тело Марии с ненавистью придавливает мое к пропитанной кровью траве. В нос врезается отвратительный металлический аромат, с резкими земельными нотками в шлейфе.
— Ты знаешь, что это вовсе не он! — шиплю я, изо всех сил стараясь ее оттолкнуть. — Ты затуманила ему разум! Приворожила его… Что может быть более жалким? Заставлять кого-то любить себя!!!
Глаза девушки вдруг налились еще большей чернотой, а пальцы вновь принялись трансформироваться.
— Я убью тебя! — заорала она. — Жалкое ничтожество…
В этот самый миг начинает происходить что-то непонятное.
Гнетущая черная аура, что все это время следовала за бывшей возлюбленной Анджея словно шлейф, вдруг начала едва заметно трепетать, а потом вдруг и вовсе исчезла. Ее ладони вновь приняли привычные человеческие очертания, ровно, как и радужки. Они вновь стали голубыми.
Недолго думая, я вдавила свои ладони в ее щуплую грудь и с оглушительным воплем выпустила в нее такой мощный телекинетический заряд, на который только была способна.
В глазах Марии успели проскользнуть недоумение и испуг, прежде чем она с силой отлетела прочь.
Внутри меня вдруг словно бы что-то надломилось, а сердце так и затрепетало в груди. С жадностью втянув в себя воздух, я приподняла голову и посмотрела прямо перед собой.
Демоница, неуклюже размазывая пальцами раскисшую землю, изо всех сил пыталась подняться, а на ее физиономии застыл яростный, почти звериный оскал.
Кожа на шее горела так, словно мне за пазуху попал самый настоящий тлеющий огонек. Расстегнув ворот, я лихорадочно уставилась вниз, мысленно готовясь к самому худшему.