Оливия посмотрела на меня долгим пристальным взглядом. В нем так и плясали хитринки.
— Ну, и как тебе Танжер, моя милая? Уже успела оценить красоты?
Я отрицательно мотнула головой.
— Думаю, это сложно сделать всего за половину дня. Но я обещаю, что за оставшиеся две недели восполню пробелы. К тому же, Анджей здесь все равно, что абориген.
Голландка улыбнулась:
— В таком случае, не теряйте времени на пустые разговоры. Мы рады, что вы добрались нормально. Наслаждайтесь каждым мгновением вместе. И…
Вампирша выдержала паузу, а затем добавила:
— …не забывай про мой подарок.
С этими словами она отключилась.
Я швырнула мобильник обратно в сумку, а Анджей протянул мне свою ладонь:
— Хотела увидеть одно из моих любимых мест в Танжере?
Затылок дернулся в утвердительном жесте.
— Нужно будет заскочить домой переодеться.
Снова послышался далекий раскат грома, а затем мы поспешили покинуть пляж, буквально бегом направляясь обратно к каменным мостовым.
Нам во след бросила свой улыбчивый взгляд держащаяся за руки парочка. Теперь весь пляж принадлежал только им одним.
[1] Арочный портал, широко использующийся в арабской архитектуре.
[2] Да благословит тебя Аллах, брат мой! И тебе здравствуй! (араб.).
[3] Приятного аппетита (араб.).
[4] Большое спасибо (араб.)
[5] Спасибо, любимая (араб.).
[6] Разновидность арабских ворот.
Глава пятая. Танец любви
В приятной прохладе квартиры мы с Анджеем провели буквально несколько минут. Переодевшись, он мигом взял мою ладонь в свою, и вот, новоиспеченные муж и жена вновь куда-то бредут по разгоряченным улицам Танжера.
— Куда мы идем? — хохотнула я, с невероятным трудом поспевая за любимым, ловко лавирующим в плотном людском потоке. — В тебя словно вселился сам дьявол!
На его тонких губах застыла самая ослепительная улыбка на свете, а легкий ветерок растрепал золотистые завитки на затылке, точно так же, как и мое легкое, едва ощутимое кожей хлопковое платье.
— Туда, где живут грезы.
Помотав головой и с трудом сдерживаясь от того, чтобы вновь впиться в Анджея поцелуем, я послушно двинулась вперед.
Солнце стало более благодушным, а воздух — свежее. К счастью, гроза прошла мимо.
Вечерело.
Снова приближался чарующий миг «золотого» часа. Высоко в небе кричали чайки, а минарет главной мечети города вновь сиял на горизонте огромной волшебной стрелой.
Без каких-либо проблем преодолев при помощи Анджея несколько многолюдных улиц, мы, наконец, оказались возле небольшого белоснежного здания с аккуратными мишрабиями[1] и двумя внушительными вывесками с ярко-красными буквами.
— «Cinema Rif», — прочитала я и еще шире улыбнулась. — Мы что, действительно идем смотреть кино?
— Именно! — в глазах любимого так и читался восторг. — Однажды посмотрев фильм здесь, ты больше никогда не захочешь бывать где-либо еще. Этот кинотеатр словно бы застрял во времени. Ни одна «синематека», обустроенная по последнему слова техники никогда не сравнится с этим местом.
Мы вошли внутрь небольшого фойе.
Вентиляторы, прикрепленные к потолку, создавали спасительную прохладу, а за крохотными металлическими столиками с ярко-красными столешницами гордо восседали немногочисленные посетители.
— Аллах всемогущий!!!
Я мигом повернула голову в сторону.
Оторвавшись от стены, к нам торопливо приближался невысокий мужчина с явно очерченным пузиком и легкой бородкой.
— Будь я проклят… Это же Анджей Моретти!
На губах любимого заиграла очередная улыбка, и он уже притягивал к себе незнакомца.
— Ассаламу алейкум, Муфид! Поверить не могу… Ты что, все заведуешь? Тогда не удивительно, что «Cinema Rif» еще на плаву. Как живешь, добрый друг?
— Ва алейкум ассалам, добрый друг. Как видишь.
Мужчина провел своей пухленькой ручкой вдоль зала.
— В такое время народ только начинает раскачиваться, насколько ты помнишь. Через полчаса уже будет не протолкнуться. Вся интеллигенция этого чудного города проходит через «владения» Муфида.