Я почувствовала, как губы также расходятся в улыбке.
— Может, получится немного отвлечься. Хотя бы ненадолго.
Вновь повисла пауза.
Джейк медленно двинулся вперед. Расстояние между нами стало непозволительно маленьким.
— Вот ключи. Не забудьте запереть дверь. И…
Я затихла, а затем посмотрела прямо в буравящие меня аквамариновые глаза.
— …спасибо, что поехал с нами. Твоя помощь неоценима. Ровно, как и твоего отца и Валентины.
Осторожно подтянувшись на носках, я, едва прикасаясь к тонкой футболке, что виднелась из-под куртки, осторожно прикоснулась своими губами к прохладной щеке парня.
Его веки мигом опустились, а сердце в груди пропустило удар. Я сразу же ощутила это кончиками своих пальцев.
— Это наше предназначение. Как и сказал отец, мы были обязаны помочь.
— Раньше тебе так не казалось.
— Все меняется.
Я утвердительно кивнула, а затем, развернувшись на носках, резко направилась к двери.
— Спасибо за книгу, Амелия. И…прости меня.
Когда пальцы уже легли на ручку, я обернулась и бросила на юношу еще один взгляд.
Его глаза словно бы засияли изнутри. «Янтарь» исчез, оставляя лишь «аквамарин».
— За что?
— За то, как повел себя утром. Мне очень жаль. Это было глупо.
— А ты прости за то, что ударила тебя. Я погорячилась.
Джейк выдержал паузу, а затем потупил взор. Было видно, что он хочет добавить что-то еще.
— И еще кое-что…
— Да?
— Зря ты это сделала.
— Что именно?
— Ты знаешь.
С трудом мотнув головой, я произнесла:
— Не понимаю, о чем ты.
С этими словами я выпорхнула из собственной спальни, оставляя молодого валлийца в одиночестве.
На губах все еще чувствовался сладковатый привкус его кожи.
В конце коридора меня уже дожидался Анджей.
Кажется, небольшая прогулка на воздухе пошла ему на пользу.
Лицо любимого раскраснелось, а тени под глазами разгладились.
— Ну что, готова ехать домой?
Было странно слышать это слово. «Дом». А разве не в нем я сейчас находилась? Наверное, стоит начать привыкать, что рано или поздно я уже больше никогда не вернусь в эту квартиру, а этим самым «домом» станет для меня квартира Анджея. Моего мужа. Моей второй половины. Моей судьбы.
Недолго думая, я приняла свою куртку из его рук, и уже пару минут спустя мамина «ауди» уносила нас прочь из Сокольников. Прочь от моей старой жизни. Прочь от Джейка.
[1] Леонид Алексеевич Кулик (1883-1942 гг. российский и советский ученый-минералог, один из первых исследователей Тунгусского феномена 1908 г.).
[2] Девять, квадрат, темное дерево, взгляд Венеры (лат.)
[3] Сборник рассказов американского писателя Рэя Брэдбери, впервые опубликованный в 1955 году.
Глава двенадцатая. Беспокойная ночь
Как только мы с Анджеем наконец-то оказались дома (и вновь это пугающее до одури слово!), с губ слетел облегченный вздох.
В пути я успела получить короткое видеосообщение от мамы, в котором она сообщала, что они с отцом потрясно проводят время в Порту-Аллегри на одном из ранчо, принадлежащем его хорошему знакомому.
В кадр при этом даже попал и сам папа, задорно орудующий вилами вместе с брутального вида мужчиной, облаченным в ковбойскую шляпу и синие джинсы.
Благодаря заклятию Ясмин, родительница по-прежнему считала, что собирать материал в Южной Америке для новой серии снимков «по истине отменная идея».
Что ж… Не скрою, что мне она тоже нравилась. Вполне возможно, что Милена Гумберт сумеет отойти от амплуа модного фотографа и сделает сет, включающий в себя самые настоящие «заметки из жизни простых бразильских аборигенов».
«National Geographic» нервно курит в сторонке.
На губах мигом застыла улыбка.
Как же хорошо, что мама и папа сейчас находятся в относительной безопасности от всего этого кошмара.
Со времени нашего последнего визита квартира практически не изменилась.
Разве что спальня.
Теперь, самый обыкновенный белый матрац, что когда-то был небрежно брошен на пол и на котором нам с Анджеем когда-то было так хорошо друг с другом, сменила шикарная кровать с внушительной мягкой спинкой, обтянутой перламутрово-бежевой кожей. По обеим сторонам от нее примостились стильные тумбочки из светлого дерева, в тон.