«Чертов ублюдок», — подумала я.
Осторожно развернувшись, я медленно двинулась по комнате плечом к плечу с женщиной, которая вела себя настолько уверенно, будто это была ее собственная квартира.
— Ну и где же этот ни с кем несравнимый Диамант? Мы телепортировались сюда сразу же, как только сработал датчик выброса энергии. Не хотелось бы довольствоваться очередной кипой абсолютно никому ненужных бумаг…
— Шарлин, я бы не…
— Давай… — услышала я тихий шепот Джейка позади себя. — Иди к тигру в лапы…
Иди же!
Словно услышав бормотание парня, высокий тощий Бен вдруг замер и уставился на паркет.
— А это еще что такое?
Сделав два неуклюжих шага, молодой человек направился прямиком к мелким темным пятнам, растекшимся по полу: остаткам моей крови.
— Да что ты там такое на…
Шарлин не успела договорить.
Комнату пронзила ослепительная вспышка.
Как только ступни наших «названных гостей» соприкоснулись с границами круга, кристаллы, спрятанные в комнате так и завибрировали, а потом с оглушительным треском приблизились друг к другу.
Руны, мел, а также куклы Хейди сразу же вновь стали явными, а над головами Бена и Шарлин образовался яркий бледно-голубой купол, в котором тут и там вспыхивали грозные магические искры.
— Gotcha![2] — с победной интонацией в голосе протянул Джейк. На губах юноши застыла ехидная улыбка. — Вернуться сюда — было плохой идеей.
Глаза у парочки так и полезли на лоб, стоило нам троим материализоваться буквально из воздуха.
— Какого черта тут происходит?! — прошипела женщина, резко дергаясь вперед.
Как только ее тело соприкоснулось с силовым полем ловушки, раздался тихий, но довольно грозный щелчок.
— Даже не пытайтесь выбраться, — вступила в разговор Мэдди. — Защитный барьер настолько мощный, что может и слона вырубить. — Глаза мексиканки потемнели, а затем она добавила: — А может, даже, и убить.
— Я же говорил, что все это было плохой идеей, — почти проскулил парень. — Нельзя было верить этому проклятому кровопийце! Им никогда нельзя верить…
Я вышла вперед, чувствуя, как гнев обуревает меня буквально изнутри:
— А теперь говорите, какого хрена вы уже в третий раз вламываетесь ко мне в квартиру? Кто дал вам право? Это частная собственность, мать вашу!
Две пары глаз уставились на меня.
Только сейчас я смогла различить, что женщина оказалась гораздо моложе, чем мне показалось первоначально. В ее голубых глазах вдруг зажегся какой-то странный, практически хищный огонек.
— А-а-а… Вот и ты. Амелия Гумберт собственной персоной!
Выдержав театральную паузу, она добавила:
— Я всегда знала, что мне не могло все привидеться! Нам обоим не могло. Ты та самая девчонка, которая за считанные секунды одним мановением руки заставляет срастаться разрушенные здания… И, что-то мне подсказывает, что это не единственное твое умение. Он… был прав, ты гениальна. И так прекрасна.
Сердце в груди сжалось. Щеки запылали.
— Я узнал тебя, — вдруг раздался хрипловатый голос Джейкоба. — Ты та самая репортерша из телика… Шарлин Смит.
Валлиец замер по левую руку от меня. Я сразу же почувствовала исходящее от его тела тепло. Приятное и волнующее.
На лице женщины замерла самодовольная улыбка:
— Надо же… Моя слава идет впереди меня. Дальше будет больше.
— Я бы сказал, что вы еще та заноза в заднице, — ехидно пробормотал Джейк. — Когда ваша физиономия появляется в новостях, мой отец всегда переключает канал.
— Эй, — Смит выставила вперед свой палец с идеальным маникюром. — Тебе стоило бы быть повежливее, сопляк! Когда Клан надерет вам всем задницы, я стану самой привилегированной журналисткой в мире! Все остальные будут преклоняться передо мной и целовать в задницу по команде!
— Поцелуи в зад весьма негигиеничны, — съехидничал валлиец. — У вас явно не все дома, леди.
— Не тебе меня судить! Я заслужила чертову награду. Так что, Гумберт? Заключим сделку, или мне стоит превратить жизнь твоей семьи и друзей в кошмар наяву? Рихард Мюллер предупреждал, что ты будешь в бешенстве…