— Ну как? Она живая, или как? — донесся до меня откуда-то издалека хрипловатый приглушенный голос.
— А что ей сделается? — вторил ему другой. — Это же всего лишь иллюзия. У страха, как тебе известно, глаза велики.
Мое тело резко дернулось, и я почувствовала чьи-то руки на ручке своего рюкзака. Ноги бессильно забились о всевозможные коряги и кочки.
— Не нравится мне это. Джеймс будет недоволен.
— Он же сам сказал, что стоит действовать агрессивно, если появятся эти выродки из Клана.
В нос врывался мягкий аромат костра и копченого мяса. Глаза нехотя приоткрылись, и я увидела перед собой две смазанные фигуры, вновь облаченные в те самые темные костюмы для Вин-Чун.
— Это-то меня и напрягает, — вновь продолжил голос. — На них не среагировал ни один амулет. Только на нее.
— Если бы она была Темной, тогда бы сработала тревога…
Только несколько мгновений спустя я поняла, что вторая фигура — женская. Волосы незнакомки были темными и короткими, а голос таким хриплым, что запросто можно было бы посчитать ее за юношу.
— Лорен, да успокойся уже! — произнес юноша, которого я разглядеть не могла. Именно он тащил меня за рюкзак. — Пусть Джеймс сам ее допросит. Хватит этих пустых предположений. К тому же, ты не лучше меня знаешь, что мы не можем позволить себе пропустить сюда ни одного из кровопийц этого безумного арийца.
С губ девушки слетел стон:
— Иногда мне кажется, что все наши старания напрасны. Уже все знают, что война вот-вот начнется. Уже пополз слушок, что его сын вновь примкнул к Клану, — Она выдержала паузу, а затем добавила: — Светлый Диамант, его жена, слишком слаба, чтобы сражаться против полчищ нечисти в одиночку… Не лучше ли просто сдаться?
Парень вдруг резко остановился, а я едва ощутимо поморщилась, когда мне в лопатки уперлось что-то твердое и острое.
— Слушай… Не смей так говорить! Мы не будем сдаваться, что бы не случилось. Джеймс дал нам все… Семью, кров, знания… Он помог нам обрести нашу силу.
— Я всего лишь стараюсь быть прагматичной. Слушай…
Черные глаза девушки, подчеркнутые густым слоем подводки вперились во что-то позади меня.
— …я знаю, что Джеймс сделал ради нас. Знаю, чем пожертвовал… Но это вовсе не означает, что он во всем может быть правым. Почему мы должны постоянно думать о Кодексе, о Земных? Мы не такие, как они. Нам дано право контролировать свою жизнь… А вместо этого мы прячемся здесь, в густых австралийских лесах, на самом краю вселенной. Неужели тебе не хочется большего?
Ручка на рюкзаке была отпущена, а я с силой треснулась о его содержимое. Раздался лязг битого стекла и пластика: очевидно, смартфон разлетелся на куски, ровно как мини-аптечка, на которые я имела несчастье приземлиться.
Сквозь прикрытые веки я разглядела высокую стройную фигуру, что обошла мое распростертое на земле тело и вплотную приблизилась к незнакомке.
— У меня уже есть все, что мне нужно, Лорен…
Молодой человек с густыми темно-русыми волосами, сбившимися на затылке, провел своей рукой по щеке девушки, которая несмотря на весь свой мальчиковый вид, оказалась довольно миниатюрной и доставала ему только до подбородка.
— У меня есть любящая семья, у меня есть превосходный учитель, есть возможность совершенствовать свои возможности… — его пальцы нежно скользнули по точеному подбородку, а затем переместились на ключицы Лорен, — А еще, у меня есть ты. Мой ангел, моя жизнь, моя повелительница…
Дыхание девушки участилось, а парень подался вперед: одно короткое мгновение, и вот их губы уже соединяются в страстном поцелуе, ровно, как и пальцы переплетаются в безумных ласках.
Недолго думая, я забросила руки назад, а ступнями резво оттолкнулась от земли, тем самым вновь принимая вертикальное положение.
Шум в рюкзаке усилился, а девица вдруг распахнула затуманенные сладостной истомой глаза.
— Райан, — пробормотала она, отпихивая парня. — Райан, черт…
— Что? — хрипло протянул он в тот самый миг, когда я вдруг резко выбросила ладонь вперед, а затем, едва заметно «поиграв» пальцами, молниеносно опустила ее вниз.
Сверху раздался оглушительный звук ломающейся древесины, а затем вниз с оглушительной скоростью понесся внушительных размеров сук: аккурат на взявших меня в плен негодяев.