Схватив первый попавшийся, я обернулась и победно потрясла белоснежным хлопком перед физиономией Джейка:
— Вы случайно не знаете, что это такое? Ах да… Чертово постельное белье!!!
Лицо молодого валлийца наиграно нахмурилось:
— Надо же… Ума не приложу, откуда оно только взялось. Наверное, горничная уже разобралась с химчисткой и забыла уведомить завхоза.
Я состроила злобную гримасу:
— Перестань валять дурака, и помоги мне.
Несколько секунд спустя мы вновь оказались в тренировочном зале.
Нащупав на стене выключатель Джейк включил освещение. Глаза мигом резануло ослепительным сиянием ламп дневного света.
— Надеюсь, что здесь есть альтернативные источники света, — пробормотала я.
— А что мы, собственно, собираемся делать?
— Помоги мне положить два этих мата друг на друга, — я указала пальцами в угол.
— Да без проблем.
Джейкоб выставил ладонь вперед, а его пальцы едва заметно затрепетали.
Сине-желтая махина легко поднялась в воздух, а затем осторожно приземлилась возле моих ног, аккурат возле южной стены. Еще пару взмахов, и второй мат аккуратно лег поверх первого.
С губ сорвался вздох:
— Так сделать я не додумалась.
Парень ухмыльнулся:
— Давай помогу с простыней.
Несколько минут мы провозились с натягиванием белья, а затем еще и с поисками подушки.
Когда я вновь вернулась в зал, Джейк уже лениво развалился на матах и вертел в руках книгу, которую, очевидно, достал из моего рюкзака.
— Что ты делаешь? — поинтересовалась я, кидая на пододеяльник несколько продолговатых подушек, обтянутых замысловатыми наволочками с бахромой — все, что удалось найти в гостиной, в которой должны были спать Давид и Марк.
— Ты не перестаешь меня удивлять, — отозвался валлиец. — Я-то ожидал, что ты окажешься ярой поклонницей Джейн Остин, или, скажем, Эмили Бронте. Но Стивен Кинг! Серьезно?
Он продемонстрировал мне рисованную обложку романа «Долорес Клейборн», легонько потряхивая ей в воздухе.
— И что плохого в Стивене Кинге?
— Полагал, что тебе своих кошмаров в жизни хватает.
Я подалась вперед, и, облокотившись коленом о мат, вырвала из его длинных и цепких пальцев книгу:
— Может, я мазохистка?! Дай-ка сюда, и не выделывайся! Не все девушки читают Джейн Остин. И вообще…
— Да? — он приподнялся на локтях.
— Какого ты вообще тут развалился? Это моя постель. У тебя своя есть. Большая и удобная.
Волосы Джейкоба уже практически полностью высохли и теперь начали едва заметно волниться. В свете ламп дневного света они сияли все равно, что золотые нити.
— Вообще-то я хотел любезно предложить махнуться койками, раз уж друзья так жестоко на тебя забили, — пробормотал он с наигранным ехидством. — Не полагается Диаманту спать на потертых от времени матах.
Я почувствовала, как губы вдруг расползаются в улыбке:
— Как… по-джентльменски, мистер Уоллхем.
Повисла пауза.
— Но, к сожалению, я вынуждена отказаться. Мне и здесь неплохо. Жаль только, что телефон накрылся медным тазом. Не хочу всю ночь проторчать с этим выжигающим сетчатку светом, а светильников, видимо, здесь никто не предусмотрел. Кажется, после ужина придется отправляться спать. А я так хотела хотя бы немного отвлечься чтением…
Недолго думая, парень поднялся с моей импровизированной постели и проскользнул обратно в каминный зал.
Вернулся он несколько мгновений спустя, сжимая в руках небольшой стеклянный цилиндр с металлическим основанием.
— Что это? — поинтересовалась я.
— Сейчас увидишь.
Джейкоб оглядел зал, а затем резво направился в сторону шведской стенки.
Схватив длинными пальцами спинку примостившегося чуть в стороне металлического табурета, он притащил его к матам и придвинул все равно, что прикроватную тумбочку.