— По-моему, кто-то сегодня, колотя себя в грудь клялся, что я не услышу от него «восторженных охов и вздохов»?
— О чем это ты? — пробормотала я, ощущая, как физиономия, даже несмотря на темноту, начинает пылать.
— О том, что несколько минут назад я совершенно четко их расслышал. Они вырывались из твоего собственного рта…
Я закатила глаза, а потом на одном дыхании выпалила:
— Понятия не имею, о чем ты.
Джейк ехидно хмыкнул, а затем мы оказались под покровом ночи.
[1] Благословенна будь, яркая звезда! (валлийск.).
[2] Я люблю тебя! Нет, нет… Остановитесь же!!! (валлийск.).
[3] Скандинавская и германская руна старшего футарка, также известная как «скипетр силы».
[4] Одно из созвездий Южного полушария.
Глава девятнадцатая. Сердечная боль невинного демона
— Смотри, звезда падает, — протянул Джейк, указывая пальцем в темное, похожее на океан небо. — Пора загадывать желание.
На правом безымянном пальце парня красовался замысловатый серебряный перстень с невероятной красоты камнем бледно-голубого, похожего на озерную каплю оттенка. Он так и сиял в ярком свете луны.
В деревне было тихо, и лишь где-то в дали вновь визжала какая-то птица. Зачарованные фонари, что растянулись по всему поселению, издавали едва слышное шипение.
— Хорошо, я первая, — протянула я, выпрямляя спину и прикрывая глаза.
Даже при плотно сведенных веках я отчетливо ощущала на себе пристальный взгляд Джейка.
«Пусть все будет хорошо. Пусть Анджей снова станет прежним… Мы должны со всем справиться. Должны…».
Открыв глаза, я обратила взор на валлийца:
— А ты чего не загадываешь?
— Уже, — улыбнулся он.
Легкий ветерок колыхнул мои волосы, и я поспешила убрать за ухо выбившуюся прядь:
— И что загадал?
— Ты знаешь правила, — Джейк все еще улыбался. — Рассказывать нельзя. Иначе не сбудется.
Я многозначительно покачала головой.
Мои босые ступни касались прохладных деревянных ступней, а темно-синий лак, что покрывал ногти в лунном свете выглядел чудаковато.
Мы примостились на просторном крыльце перед самым домом, подложив под задницы мягкие подушки, позаимствованные с одного из гамаков-качелей, что располагались справа от нас, аккурат на террасе.
Несмотря на то, что половина сооружения была надежно укрыта навесом, небо все равно прекрасно просматривалось.
Весна здесь только начиналась, но воздух все равно казался вполне сносным для того, чтобы торчать на улице в футболке.
Джейк вытянул из пачки сигарету самым кончиком губ, а затем лениво поднес к ней зажигалку.
Одно короткое мгновение, и в воздухе потянуло резким ароматом дыма.
Я вдруг поморщилась.
— Я могу отодвинуться.
Голова дернулась в отрицательном жесте.
Сама не зная зачем, я вдруг также схватилась за пачку.
Несколько привычных движений, и вот между пальцами уже приглушенно сияет яркий огонек.
Джейкоб смерил меня округлившимся взглядом, стоило губам умело выпустить в ночной воздух пару идеально ровных колец.
— Давненько я не прикасалась к сигаретам, — отозвалась я, бросив пристальный взгляд на мерно тлеющую в руках бумажную палочку.
— И что же мешало? — поинтересовался он, уже сам выпуская из ноздрей дым.
— У меня были… кое-какие проблемы с этим. Если понимаешь, что именно я имею в виду…
«Аквамарины» несколько секунд так и буравили меня, а потом юноша коротко кивнул.
— Понимаю. Но…
— Да?
— Только ли в этом кроется причина?
Я вдруг улыбнулась, а потом, сделав еще одну короткую затяжку добавила:
— Ну, еще в том, что курево — просто отвратительная на вкус дрянь!
Мы оба приглушенно хохотнули, а затем я затушила окурок об одну из балок.
— Не разбрасывайся «бычками», — с деланной укоризной пробормотал парень. — Джеймс потом может заставить нас вылизать весь двор.
— Я буду осторожной.
Положив остатки сигареты на ладонь, я внимательно вгляделась в них взглядом, и одно короткое мгновение спустя в воздух унеслась горстка едва различимой серой пыли.