Заледеневшие пальцы молодого валлийца, что сейчас прикрывали мои, вдруг потянули меня к себе. Наши плечи соприкоснулись, а Джейк вдруг прикоснулся к моему запястью. Туда, куда я имела глупость недавно бросить свой собственный взгляд.
— А какова твоя история, Амелия Гумберт? Анджей ведь не первый мужчина в твоей жизни… Что случилось с тем, другим?
Я почувствовала, как в горле вдруг образуется ком, а рука начинает едва ощутимо ныть. Так, словно бы мои старые раны норовили вот-вот вскрыться вновь.
Локон снова выбился из волос.
— Он жив и здоров. Просто… Оказался самым настоящим мудачьем, — вдруг протянула я, а Джейк вдруг приглушенно прыснул. — В моем случае все проще: измена. Он нашел невесту побогаче, а я была слишком юной, чтобы понимать, что любовь бывает невечной, и… порой все происходит не так, как мы того хотим.
— Как? — парень кивнул в сторону моего запястья.
— Лезвием, в ванной.
— Это был невероятно глупый поступок, Амелия Гумберт.
— Знаю, — кивнула я, вновь глядя на свою руку и заправляя за ухо непослушную прядь. — Анджей убрал шрамы с моего тела, а затем излечил душу. Теперь же… все вновь летит ко всем чертям.
Я посмотрела вперед, в темноту.
— Но теперь я и сама знаю, что нужно делать. Я уже не та маленькая девочка, что была когда-то. Жизнь продолжается. По крайней мере пока долбаный Рихард Мюллер не устроит обратного. Мой долг его остановить.
— Слова истинного Диаманта, — улыбнулся Джейк, а затем, вновь осторожно пройдясь большим пальцем по моему запястью, помог мне подняться. — Вымоталась? Я умею утомлять разговорами.
— Нисколько. Я благодарна тебе за то, что ты поделился этим со мной.
— А я благодарен за то, что ты выслушала. Уже давным-давно я ни с кем не говорил по душам.
Я выпрямилась. С губ сорвался тихий вздох. Босые ноги уже практически закоченели.
— Думаю, после ТАКИХ откровений мы уже точно продрыхнем до утра. А ты наконец перестанешь болтать на этом своем неведомом языке во сне.
Джейк хохотнул:
— Между прочим, история валлийского насчитывает более четырнадцати веков! Слышала бы тебя Ханна…
— Надеюсь, что когда-нибудь услышит. Ты столько о ней говоришь… Хотелось бы познакомиться с этой невероятной… и таинственной девушкой.
— Думаю, это произойдет гораздо быстрее, чем ты полагаешь.
Засунув пачку сигарет в карман болтающихся на стройных бедрах треников, Джейк прошел вперед и приоткрыл для меня дверь.
Когда мы вновь оказались в тренировочном зале, по телу вдруг побежали мурашки. Только внутри помещения я поняла, насколько же сильно задубела. Наверху по-прежнему было тихо. Кажется, после неудачного падения Марк уже давным-давно пришел в себя и теперь мирно продолжил наблюдать сны.
Волшебный «светильник» Джейка все еще сиял своим приглушенным фиолетово-розовым светом.
— Наверное, его стоит погасить, — прошептала я, вглядываясь в раскинувшийся за огромными окнами пейзаж. Судя по едва уловимому бледно-голубому оттенку, что начинал появляться на небосводе, скоро начнет светать. За разговорами время пролетело практически незаметно.
Недолго думая, парень слегка нагнулся над табуретом, протянул свою изящную ладонь к тонкому стеклу и осторожно накрыл его своими тонкими пальцами. В помещении вновь стало темно, хотя теперь очертания предметов и фигуры Джейка стали более различимыми.
Вновь выпрямившись, он посмотрел прямо на меня. Расстояние между нами снова было практически непозволительным.
— Ну что ж… — довольно неловко начала я, изо всех сил стараясь сосредоточить взгляд на чем-то постороннем. — Этот вечер выдался невероятно длинным. Думаю, теперь мы оба уснем как убитые… Спасибо… за разговор, Джейк. И, прости меня.
— Простить? — его глаза округлились. — За что?
— За то, что так бесцеремонно ввалилась к тебе в спальню посреди ночи и… спровоцировала на абсолютно неподобающее поведение.
Прохладная ладонь парня осторожно поднялась и прошлась по моей пылающей щеке. В этот самый миг я уже в который раз за сегодня была безумно благодарна царящей вокруг темноте.