Его округлившаяся накачанная грудь беспокойно вздымалась, скрытая тонкой черной футболкой.
— Вся эта ситуация… Эта лютая дичь с Мюллером, помешательство Анджея… Я… я думал…
— Что?
— Я думал, что мы… Мы с тобой… А этот…
Глаза мигом округлились.
— Андрей, о чем ты?! Боже… Мы же уже все обсудили! Разве нет? Мы же договорились… Ты… Ты же с Полиной! Неужели для тебя все это всего лишь развлечение? Она же в порошок тебя сотрет!!!
Он смутился, а затем потупил взор:
— Нет, она просто невероятная, и я люблю ее… Но просто… Просто…
Голова едва заметно дернулась, призывая его продолжать:
— Просто ЧТО?
— Теперь, когда обстоятельства повернулись так… Черт, Ам! Ты прекрасно понимаешь, о чем я! Полина, это Полина… А ты… — он выдержал паузу, а затем посмотрел прямо на меня, — Это ты.
К горлу вдруг подкатил ком, а щеки запылали:
— То есть, ты решил, что раз на Анджея наложено Заклятье, мы с тобой…
Его зеленые глаза встретились с моими. В них явно читалось отчаянье.
— Хочешь сказать, что я не имел права так думать? Ты же говорила… что любишь меня.
Сердце в груди выдало неровный кувырок.
— Так оно и есть. Но это вовсе не означает, что в наших отношениях что-то изменится. Андрей, Анджей все еще мой муж. И я по-прежнему люблю его. И сделаю все для того, чтобы вернуть домой.
Друг горько хохотнул:
— Любишь, значит… А блондин об этом знает?
Я почувствовала, как подбородок предательски дрогнул:
— Джейк мой друг. Такой же, как и ты. Точка.
Резко развернувшись на носках, я схватила стакан с остатками молока, а затем опрокинула их в раковину. Несчастный пирог также полетел в мусор. Бедная Агата.
Швырнув посуду в раковину, ноги понесли меня прочь из кухни.
— Друзья, как же… — прилетело мне в спину. — Видел я, как вы смотрели друг на друга.
Пропустив колкость Андрея мимо ушей, я уже, было, оказалась в коридоре, как он вдруг добавил:
— Не удивлюсь, если в Австралии он был особенно нежен. Совсем как я, когда ты поругалась с нашим мистером Совершенство прошлой осенью.
По сердцу словно ножом полоснули. Мои кулаки сжались. Ноздри с силой втянули в себя воздух.
— Прости… Но это не твое дело. Лучше найди свою девушку и обсуди с ней свои проблемы.
Я обернулась и смерила друга гневным взглядом. Его глаза едва заметно блестели. Как и мои собственные.
— Она не заслуживает подобного отношения.
— Амели, прости, я не…
Андрей не успел договорить.
— Доброй ночи.
Я резко развернулась и потопала прочь.
Несколько мгновений спустя до меня донесся приглушенный возглас:
— Вот ведь тупой идиот!
Резко выдохнув, я провела пятерней по волосам, а затем потопала наверх.
Сейчас мне больше всего хотелось принять душ, а затем забраться под одеяло с головой и проспать до самого утра.
Все произошедшее здорово выбило меня из колеи.
Нападение на лагерь Джеймса, перепуганные дети, взбесившаяся Мария, Рихард Мюллер с остекленевшим взглядом… А еще, ненавидящий меня всеми фибрами души Анджей.
Хуже уже точно не могло быть. Пришла пора положить всему этому конец. Распрощаться и забыть, как страшный сон. Порвать узел. Вступить в бой. Выиграть, или проиграть.
Добравшись до спальни, я проскользнула внутрь, а затем тихо прикрыла за собой дверь.
В нос ворвался аромат сандалового дерева и красных роз, что были повсюду расставлены в изысканных стеклянных вазах. Агата, не иначе.
Мысли в голове путались.
Перед мысленным взором предстали темно-зеленые, блестящие глаза Андрея. Честно признаться, внезапный порыв друга застал меня врасплох.
Мне казалось, что его отношения с Полли вышли на абсолютно новый уровень, и теперь уж точно старые обиды и надежды должны были кануть в небытие.
Оказалось, что все не так.
Это было прекрасно видно по его гневному осуждающему взгляду.