— Твои менди[1] готовы. Надеюсь, что символы Сестер защитят и тебя, и Анджея. Пусть тот Господь, в которого ты веруешь, будет снисходителен к началу вашего совместного пути.
Я осторожно подалась вперед и легонько чмокнула Ясси в ее смуглую щеку.
— Спасибо, милая. Я безумно рада, что ты с нами.
Ливанка благодарно кивнула и приложила ладонь к груди.
— Шукран[2], мой Диамант.
В этот самый миг в комнату со скоростью метеора влетела Оливия. Следом за сладким цитрусовым ароматом духов голландки, внутрь спальни влетел шлейф длинного платья, виднеющийся из-под приоткрытой на чехле молнии.
— Амелия, дорогая… А вот и я! Это было просто невероятно. Я едва не опоздала на свой самолет из Милана! Платье, к счастью, просто изумительно, но вот украшение, что я заказала едва не потеряли при доставке! Чертовы неаполитанцы! Потом у лимузина спустило колесо. Друг Димитрия, Винченцо, клялся, что только что пригнал его из сервиса, а в самом аэропорту я натолкнулась на такого медлительного англичанина, что чуть не свихнулась! Этот зануда, к тому же, еще и оказался моим соседом по креслу…
Мы с девочками удивленно таращились на вампиршу. Большая часть сказанных ею слов была нам абсолютно не понятна. Единственное, что лично мне было известно, так это то, что подруга Анджея уехала по каким-то неотложным делам неделю назад в Италию. Куда именно, и зачем, нам не сообщалось.
— Мы тоже рады тебя видеть, Олли! — протянула я, поднимаясь с кресла, и поправляя полы халата. — Очевидно, путешествие выдалось просто… невероятным.
С губ темноволосой красавицы слетел обреченный вздох:
— Я уже целую вечность не выбиралась в Италию! Иногда создается впечатление, что все мои добрые друзья попросту позабыли старушку Оливию. Им нужна была хорошая взбучка… И я им ее сделала!
Выглядела голландка, как и всегда, просто великолепно.
На ней красовалось прекрасное жемчужно-кремовое платье из тончайшего шелка, и длинный темный жакет с увеличенными лацканами. На одном из них красовалась прекрасная бриллиантовая брошь в виде совы.
Положив на кровать широкую бархатную коробочку и чехол с платьем, вампирша выпрямила и без того идеальную осанку и направилась прямиком ко мне.
— Дайте-ка взглянуть на невесту, — протянула она, обхватывая мое лицо своими прохладными ладонями с шикарным кроваво-красным маникюром на ногтях.
Не знаю почему, но в последнее время, эта идеальная, неземной красоты женщина наконец-то перестала меня пугать. После все того, что произошло полтора месяца назад в Мексике, Оливия уже не казалась угрозой для наших с Анджеем отношений.
Да, она была его самой близкой подругой и, даже в некотором роде, советником, искренне любила его и не раз спасала жизнь… Но все же, для него существовала только я. И теперь я наконец-то это понимала. Принимала, как неотложную истину, которая никогда не может быть поколеблена, ибо, иного просто не дано.
Олли делала все для того, чтобы мы были в безопасности. Смотрела на меня искренним радостным взглядом, в котором читалось что-то… материнское.
Ее пальцы осторожно расправили несколько вьющихся прядей, лежащих на моих плечах, а затем голландка, мягко улыбнувшись, произнесла:
— Ну просто самый настоящий ангел… Прекрасный, соблазнительный и… чистый до неприличия. Эти водяные дамочки творят чудеса.
С губ сорвался вздох. Я до сих пор не могла прийти в себя из-за всего произошедшего в Норвегии. Все это уже было в прошлом, но как бы, там, ни было, навсегда изменило настоящее. Моя душа покинула тело, очистилась благодатной жертвой, а затем вновь вернулась обратно.
— Не знаю насчет чудес… Но страху нагнать умеют прекрасно, — протянула я, вновь обретая присутствие духа.
Девочки сдержано хохотнули, ровно, как и Оливия.
— Кто бы мог подумать, что мой домик окажется рядом с заколдованным озером, — протянула Ясмин, поднимаясь с дивана и откладывая в сторону набор для рисования хной.
Начинало смеркаться. Деревья за окном едва заметно покачивали своими кронами, усеянными уже начавшими ослабевать листьями. Солнце скрылось за огромным облаком, которое вот-вот должно было слиться в один большой фронт.