Анджей двинулся вперед, а я послушно направилась следом.
Волосы трепал едва ощутимый ветерок, а в нос врывался солоноватый аромат моря. Глаза слегка пощипывало из-за витающего в воздухе песка, но за очками лезть не хотелось.
Медные фонарики с замысловатыми геометрическими орнаментами были тут и там, освещая нам путь в этом замысловатом лабиринте. Мимо попадались немногочисленные прохожие, большей частью пожилые мужчины, облаченные в традиционные джеллабы — свободные халаты с остроконечными капюшонами.
На мгновение мне даже показалось, что один из незнакомцев слишком долго глядел в нашу сторону, но, видя, насколько спокойным остается Анджей, я отбросила прочь все непрошенные мысли.
Пару минут спустя мы оказались в тупичке, оканчивающимся небольшой деревянной дверью, окрашенной темной краской.
Анджей поставил чемоданы на землю, а затем направился к огромной глиняной вазе, в которой красовались внушительного вида гиацинты.
— Мы собираемся заниматься рассадой?
Два прекрасных, похожих на бушующий океан глаза смерили меня задорным взглядом, а затем с губ любимого слетел победный клич:
— А вот и он.
Изящная ладонь с длинными пальцами, перепачканная землей, продемонстрировала мне внушительный старинный ключ.
Недолго думая, Анджей отодвинул с замка небольшую защитную пластинку и засунул железку в скважину.
Раздалось несколько громких щелчков, а затем — протяжный скрип.
Дверь податливо отварилась. С нижнего правого уголка отлетел небольшой кусочек прогнившего дерева, а я мигом огляделась по сторонам, будто мы могли кого-то разбудить этим непрошенным шумом.
— Добро пожаловать в личную резиденцию Моретти в Танжере!
Любимый в приглашающем жесте протянул свою руку в сторону открывшегося прохода.
Я заглянула в темноту.
В нос ворвался аромат сырости и застарелых специй.
— Ты задумал убить меня после свадьбы?
Анджей вновь ловко подхватил наши чемоданы и пробормотал:
— Не заставляйте тащить вас силой, фрау Моретти!
— Гумберт! — отозвалась я, когда любимый в шутку подтолкнул меня вперед коленом под задницу.
Дверь за нами захлопнулась, полностью оградив от последнего источника света.
— Подожди меня здесь, — прошептал Анджей.
Не успела я и рта раскрыть, как легкое колебание воздуха дало знать о том, что его больше нет рядом.
— Куда ты…
Остаток фразы так и не слетел с губ, так как прохладные ладони вдруг подхватили меня и подняли в воздух вместе с тяжеленой сумкой и рюкзаком наперевес.
— Хотелось сохранить традицию. Невесту нужно перенести через порог первого совместного жилища, разве не так?
В одно короткое мгновение преодолев ступени, Анджей поднял меня наверх.
В конце небольшого коридорчика моему взору предстала внушительных размеров современная железная дверь все того же синего оттенка, изнутри обтянутая перламутрово-бежевой кожей.
— Добро пожаловать домой, — прошептал он, замирая в просторном коридоре, пол которого был выложен замысловатой плиткой с песочно-коричневым орнаментом.
Я выпустила из рук свою дорожную сумку, которая глухо шлепнулась вниз.
Мои ладони обвились вокруг шеи Анджея, а губы требовательно подались вперед.
Любимый ответил на поцелуй, крепко-крепко прижимая меня к себе.
— Значит, это твоя квартира? — протянула я, нехотя отстраняясь.
Анджей осторожно опустил меня на пол, а я поспешила стянуть с себя рюкзак.
Захлопнув дверь и закрыв ее на замок, он произнес:
— Мне показалось, что идея провести медовый месяц в стенах собственного жилья выглядит гораздо более многообещающей, чем банальный отель с вездесущим персоналом, что начинает колотить в дверь как ненормальный даже тогда, когда на ручке болтается табличка «не беспокоить».
Я осторожно прошлась рукой по прохладной стене, покрытой аккуратной белоснежной штукатуркой с легким рельефным эффектом.
— Это самая лучшая идея, которая только могла быть.
На губах застала улыбка, и, заглядывая внутрь помещения, я тихо поинтересовалась: