На широком лице мужчины вдруг застыл неподдельный испуг, а воздух словно бы изнутри вспорол женский вопль.
— Матерь Божья! — сорвалось с губ второго.
— Хорошо, что хоть кто-то из вас двоих вспомнил о Боге… — голос Анджея больше походил на звериный рык, чем на ласковый, похожий на набежавшую волну баритон. — Умирать с его именем на устах всегда немного легче…
Все, что произошло дальше походило на дурной сон.
Тощий вдруг сорвался с места и понесся прямо на меня, а Анджей бросился на громилу.
Огромная мускулистая рука выпорхнула вперед, а нож устремился в сторону живота любимого. В свете фонаря мелькнула татуировка в виде волчьей головы на предплечье мужчины.
Едва заметное короткое движение, и Анджей уже за его спиной, ловко выворачивает толстое запястье.
Даже на расстоянии я услышала треск. Лицо Анджея… Его прекрасное, сравнимое только с греческими Богами лицо, сейчас походило на самую настоящую страшную маску: глаза потемнели, а гладкая фарфоровая кожа так и пошла синими извилистыми прожилками, похожими на глубокие шрамы.
— Отпусти меня, мразь! Чертово исчадие ада…
Рядом со мной раздалось тихое хлюпанье, а затем из темноты наконец выскочила фигура второго:
— Я почти схватил его девку, Матиас… Держись!
Не успел тощий закончить фразы, как его длинные лапы потянулись ко мне.
Первая железная трубка со всей силы ударила по рукам, а вторая наотмашь соприкоснулась с физиономией подонка.
Кажется, наши с Анджеем тренировки не прошли для меня даром.
— Даже не рассчитывай смыться! — прошипела я. — Твое место в земле, рядом с такими же ничтожествами…
Андерс устоял на ногах, но я четко различила стекающую у него с подбородка кровь.
— Ах ты сука!
Парень вновь ринулся вперед, а я, резко оттолкнувшись от земли, подпрыгнула выше. Моя ступня соприкоснулась с шероховатой поверхностью кирпичной стены, и, исполнив в воздухе ловкий разворот, я со всей силы вновь врезала неприятелю по физиономии. На этот раз — стопой.
Послышался громкий визг. Закрутившись, словно спираль, Андерс грохнулся наземь, оставляя за собой целые столпы песочной пыли.
— Даже не вздумай подниматься, — прошептала я, подходя ближе. — Иначе…
Договорить я не успела, так как переулок наполнил оглушительный предсмертный вопль, а затем темноту прорезал ослепительно яркий огненный всполох.
Я посмотрела прямо перед собой.
Анджей медленно двигался мне навстречу. Его золотистые волосы так и трепетали на ночном ветерке, а лицо было заляпано кровью. Прожилки исчезли, а его ангельские, ни с чем несравнимые черты вновь вернулись назад.
К горлу подступил тугой ком.
— Ублюдки, мать вашу… Ублюдки… — шептал Андерс, медленно пятясь от меня прочь.
Еще одно короткое мгновение, и его спина уперлась в колени Анджея.
Парень обернулся, а на лице любимого застыло настолько пугающее выражение, что я поежилась. В его глазах читалась откровенная ненависть и отвращение.
— Будем считать, что молитву ты уже прочитал…
В глазах Андерса застыл ужас.
— Пожалуйста, — прошептал он тихим писклявым голосом. — Это же ерунда… Я же вижу, ты один из нас… Эта девица… Это же просто ерунда. Она никто по сравнению с нами…
Я почувствовала, что в воздухе словно бы лопнула невидимая нить.
— Где-то я уже это слышал… — многозначительно протянул любимый, а затем его ладони медленно обхватили худое лицо парня. В голубых глаза последнего блеснула надежда. — Белая раса превыше всего, не так ли?
Андерс лихорадочно закивал.
— Ну конечно, конечно же…
— Счастливого пути… по направлению в ад!
Изящные пальцы Анджея оплелись вокруг подбородка парня словно паутина, а затем резко выкрутили его голову вправо.
Раздался очередной треск, а затем Андерс грузно рухнул наземь.
Короткий всполох магической зажигалки, и вот уже еще один огромный костер полыхает в переулке.
— Нам повезло, что в этом месте обычно совсем не бывает людей, — протянул Анджей, подходя ближе и начиная лихорадочно меня осматривать. — Ты не ранена?