На мне красовались стильные кожаные леггинсы, высокие ботинки с армейским протектором, а также стильная дубленка, украшенная белым мехом.
В высокую косу было вплетено несколько старинных заколок, инкрустированных бриллиантами, а на шее висел старинный кельтский крест из чистого серебра. Подарок. Подарок того, кого я всегда так сильно любила.
Именно на него девочка и глядела во все глаза.
— Я никогда еще не видела такой красивой леди как вы, — вдруг застенчиво протянула она. — Конечно, в городе живет Мелоди… Но даже она ни за что с вами не сравнится.
— А как тебя зовут? — улыбнулась я.
— Эмили. В городе у нас их еще штук пятьдесят, если не больше. Я не люблю это имя.
С губ слетел смешок.
— А мне нравится. Оно тебе подходит. Так же, как подходило и Эмили Дикинсон[2].
Малышка неловко переступила с ноги на ногу.
Я посмотрела в сторону торчащей в отдалении Скофелл-Пайк[3], а затем вновь глянула на девочку.
— А твой отец не знает точное место? Адрес мистера Уоллхема…
— Не-а, — беззаботно выдала Эмили. — Он вместе с сыном приходил в город несколько месяцев назад. Это было сразу же вскоре после того, как начал сходить снег. Я слышала, что их жилище находится где-то в вересковых пустошах. Совсем как в «Грозовом перевале»[4], да?
Я вновь удивленно посмотрела на малышку.
— А ты много чего знаешь. Наверное, любишь читать?
Где-то в отдалении послышалось заунывное блеянье овцы. Несколько мгновений спустя туда присоединилось и мычанье коровы.
Девочка немного помолчала, а затем тихо произнесла:
— Папа говорит, что я не от мира сего.
Затянулась небольшая пауза.
Промозглый ветер, что налетел в долину с гор, растрепал мои волосы.
— Наверное, и вам так кажется.
Отрицательно мотнув головой, я присела на корточки и, обхватив малышку за плечи, произнесла:
— Вовсе нет, милая. Ты очень красивая, развитая не по годам девочка. И ты мне помогла. Теперь я хотя бы знаю, куда мне примерно нужно будет направиться.
Глаза вновь «нашли» горную вершину, а затем я добавила:
— Обещай, что будешь слушаться отца, а еще, что не будешь общаться с незнакомцами на дороге. Это небезопасно.
— Я просто знала, что такая красивая леди, как вы, неспособна совершать зло. Такого просто не может быть.
Сердце в груди словно бы выдало кувырок. Если бы я не была вампиром, то была бы готова поклясться, что меня, впервые за безумно долгое время прошиб озноб.
— Меня зовут Оливия, — улыбнулась я, а затем, тяжело вздохнув, добавила: — И не стоит полагаться на то, что твое зрение выдает за приятную видимость. Порой, даже самый красивый человек на свете может оказаться настоящим злодеем. Нужно всегда смотреть вглубь. Видеть глаза, уметь читать то, что находится за ними… Тогда ты никогда не ошибешься. Никогда.
Эмили послушно кивнула, а я вновь поднялась и, заведя руку за шею, расстегнула застежку небольшого кулончика с бриллиантом, что скрывался прямо за крестом.
— Я заметила, что тебе приглянулся мой крест…
Вдруг резко потемнело. Солнце скрылось за густым серым облаком, а малышка смутилась.
— К сожалению, я не могу отдать его, так как это подарок очень дорогого для меня человека. Но у меня все же есть для тебя небольшой сувенир…
Резкий порыв ветра вновь растрепал волосы, а солнце вновь окрасило своим ярким сиянием все вокруг. Бриллиант, закрепленный в небольшом круглом каркасе из белого золота, ослепительно замерцал.
Зеленые глаза девочки так и загорелись, но ее тоненькая ручка все равно нерешительно застыла в нескольких сантиметрах от украшения.
— Не бойся. Это на память. У меня их много.
— Спасибо. Очень красиво. У меня тоже есть кулончик… Маленькая серебряная фея. Ее мне мама подарила, когда еще жила с нами.
Я потрепала Эмили по густой рыжей шевелюре и, попрощавшись, направилась в сторону рощи, что начиналась практически за самой фермой.
— Это мистер Кристофер? — вдруг донесся до меня окрик девочки.