Короткие волосы едва касались лопаток, тогда как глянцевое полотно черных волос Натаниэля ниспадало ниже бедер. И крылья… Тусклое оперенье, малый размах — лишь жалкое подобие тех, что она помнила.
Люди из Клана Воронов пришли за ней. Натаниэля здесь не было.
Тот, кто стоял перед ней, повернулся, и на миг их с Равеной взгляды встретились. Его глаза цвета черной смородины несколько мгновений смотрели на нее, словно изучая, тогда как Равена с неугасающей надеждой вглядывалась в его лицо, силясь найти знакомые черты. Однако тщетно. Она не помнила — не могла вспомнить лица Натаниэля. Слишком давно он исчез из ее жизни. Память девятилетней девочки не сохранила дорогой образ.
Сейчас Равена не знала, кто перед ней. И только крылья, раскинувшиеся у него за спиной, крылья, в которых не было той пронзительной колдовской черноты, запечатлевшейся в ее сердце, говорили, что этот человек — не тот, кого она ждала.
Он наклонился к ней так легко и стремительно, что Равена не успела даже ахнуть, когда ее подхватили его руки. И пусть он был незнакомцем, пусть не руки Натаниэля держали ее, но Равена вдруг почувствовала себя в безопасности, прижатая к его груди.
— Я не позволю вам забрать ее! — раздался рядом громкий, вибрирующий от ярости голос.
«Амир!» — мысленно вспыхнуло в сознании Равены прежде родное имя, которое теперь вызывало в ней лишь ужас.
— Она принадлежит мне!
В голосе Амира звучала неприкрытая угроза. Заставив себя повернуть голову, Равена увидела названого брата, который, широко расставив ноги, стоял на тропе прямо напротив нее. В его руке был кинжал — тот самый, с обагренным кровью лезвием, — и Равена невольно задрожала.
Нет, только не снова. Она не хотела, не могла видеть, как кто-то еще умрет от руки Амира.
Но она недооценила Клан Воронов.
Они слетались со всех сторон — черные птицы, в полете меняющие облик на человеческий. Хлопанье крыльев взорвало ночь, заполнило все вокруг и оглушило Равену. На миг она зачем-то спрятала лицо на груди того, кто держал ее, как будто защищаясь, но сознание тотчас подсказало — ей ничего не угрожает. Она в безопасности.
— Ваш клан в меньшинстве, — произнес ее спаситель, и Равена вновь поразилась чистоте его голоса — пронзительной в тишине ночи. — Вы двое не выстоите против нас. Здесь сейчас больше сотни воронов. Если вы нападете — не сомневайтесь, придет поддержка. Вы можете рассчитывать на свою мощь, но мы уничтожим вас числом.
— Мой господин, — обратился к Амиру стоящий чуть в стороне чужак с изумрудными глазами. — Вы не можете рисковать. Ваша жизнь слишком важна для клана.
— Молчи, Идрус! — в ярости выкрикнул Амир. — Я не позволю обокрасть себя во второй раз!
— Мы готовы сразиться, — спокойно сказал спаситель Равены. — Решение за вами.
— Мой господин, прошу вас!
Зеленоглазый чужак так отчаянно взывал к благоразумию Амира, что тот наконец услышал его.
В глазах названого брата Равены бушевал разрушительный смерч.
— Однажды я вырежу весь ваш клан до последнего вороненка, — низким хриплым голосом пообещал он. — Клянусь.
Спаситель Равены в ответ не сказал ни слова. Вороны, окружившие их, застыли в спокойном ожидании. Казалось, угроза Амира не достигла их — ударилась о стену равнодушия и рассеялась в воздухе.
А в следующий миг за спиной Амира распахнулись, словно капюшон гигантской кобры, два перепончатых крыла поистине невероятных размеров. И тотчас такие же крылья возникли за спиной Идруса. Лишь на миг Равена поймала на себе взгляд Амира, и мгновенно зажмурилась, чувствуя, как от боли в груди искажается лицо.
Она слышала, как двое с шумом поднялись в воздух. Память вдруг заговорила с ней высоким звонким голосом еще юного Амира:
«Нирах — самое ценное золото в мире. Золото драконов. В нем скрыты крупицы древней драконьей магии. Его можно найти только в исконных землях Клана Драконов».
Равена не сдержалась — слезы потекли по ее лицу, из горла вырвались глухие сдавленные рыдания.
— Мы отнесем вас к вашему жениху, — все так же спокойно, без каких либо эмоций, произнес спаситель Равены. — Он ждет вас.
— Почему он не пришел за мной раньше? — прошептала обвинительно Равена, не рассчитывая услышать ответ.
Если бы он не оставил ее надолго, возможно, того, что произошло этой ночью, никогда не случилось бы.
Если бы он не оставил ее…
Наверное, Равена потеряла сознание от всего пережитого, потому что в какой-то момент пробудил ее уже знакомый чистый голос:
— Госпожа, проснитесь.
Равена открыла глаза.