– Нет у меня твоей талии! – Рыкнула правая голова.
– Месяц так потанцуешь и будет. Никакой пощады! Ты же сам хотел научиться танцевать. Или я ошибаюсь?
– Хотел, – провыл Горыныч в три голоса.
– Вооот. Так что давай. Бедрами, бедрами больше двигайся. Хвост прижми! Висит как непонятно что!
– У-У-У-У-У!
– Что здесь происходит?
ГЛАВА №17.
Я обернулась. Из леса выезжал уже знакомый мне отряд стрельцов во главе с Кощеем. Темный царь был серьезен, а его стрельцы еде сдерживали смех, пряча улыбки в бородах. Оглядевшись, поняла причину такой реакции. Поляна перед пещерой Горыныча стала ощутимо больше из-за вывороченных с корнем деревьев, которые Змей немного задел в танцевальном порыве. Очень хорошо, что рядом с Горынычем не живут животные. Значит, никого мы не оставили без дома. Посередине поляны, на импровизированном возвышении из огромного валуна одиноко стояла шкатулка, из которой лился веселый мотив Ламбады. Вокруг валуна была протоптана колея шириной в несколько метров и до метра глубиной. Сам же хозяин этого места и по совместительству виновник бардака замер с высоко поднятой задней лапой и задранным к небу хвостом. Передние лапы из-за полного отсутствия талии медленно соскальзывали по гладкой чешуе немаленького пузика.
– Кощей, – пропищала левая голова.
К сожалению особой грацией Горыныч не отличался, а, следовательно, долго стоять на одной ноге, точнее лапе, не мог. Как итог, буквально через секунду он закачался и начал падать. Я же, тоненько запищав и вцепившись в его небольшие рога, полетела вместе с ним. Очень не хотелось попасть под эту огромную тушку. Меня окутало что-то мягкое и теплое, непреклонно оторвав от рогов, а после поставило на землю рядом с упавшим Горынычем. Кода я открыла глаза, то ничего не увидела. Все обошлось. Пострадали лишь мои нервы и юбка.
– Света! – В глазах Кощея полыхали черные молнии.
– Горыныч, а можно я у тебя останусь? Ты вроде как настойчиво приглашал, – ухо средней головы, находившейся совсем близко ко мне, дернулось.
– Не-не, я жить хочу.
Наши перешептывания были услышаны. Со стороны стрельцов послышалось несколько покашливаний, но для меня это не имело никакого значения. Ведь я успела заметить мимолетную, искреннюю улыбку Кощея. Именно улыбку, а не ухмылку.
– Что-то я слишком увлеклась, успокаивая животных, – от неловкости начала теребить испачканный в саже и пыли кончик косы. Мда, видок у меня не ахти.
– Согласен. Если ты тут закончила, может быть, вернемся домой?
«Домой». От этого слова стало так тепло и светло. Когда я протягивала руку Кощею, то рукав блузки съехал, показывая татуировку.
– А? – Левая голова, как, впрочем, и две другие, уставилась на рисунок, а после, драматично закатив глаза, упала в обморок на подставленные лапы.
– Упс. Неловко получилось. Горыныч, спасибо! Я очень весело провела время.
– Да не за что, – улыбнулись правая и средняя головы во все свои клыки. – Ты прости нас.
Повисло неловкое молчание, которое было прервано шепотом левой головы, по идее находящейся в обмороке.
– Они ушли? Можно подниматься?
Я рассмеялась, откинувшись на грудь Кощея. Он такой милый. Я про Горыныча сейчас.
– Все в порядке, – я тоже улыбнулась Змею и выдохнула, понимая, что больше со мной ничего не должно случиться. Накаркала!
– Рано выдыхаешь. Ответь мне, пожалуйста, на вопрос. Зачем ты полезла в огонь? Меня сложно было о помощи попросить? Что за непонятные жертвы? Ты о Ярославе подумала?! А о Ядвиге и Александре?! О Борисе и Ладе?! – Я пристыженно молчала. – Обо мне?!
– Прости, – это единственное, что у меня получилось произнести сквозь стоящий в горле ком.
– Пообещай, что не будешь больше так собой рисковать, а попросишь меня о помощи.
– Хорошо, – я уткнулась ему в плечо пытаясь скрыть слезы. Ох, как же мне было стыдно.
– Ну, не расстраивайся. Во всем можно найти свои плюсы.
– Например?
– Тебя теперь просто обожает мой народ. Также мы выяснили, что тебе покровительствует Богиня Леля1, – я улыбнулась.
Так бы мы и ехали в этой уютной обстановке, если бы не подозрительный свист. До задремавшего от тепла и мерного покачивания коня сознания не сразу дошло, что это может быть что-то опасное. Когда открыла глаза, то увидела, как Кощей до хруста в древке сжимает пущенную прямо в меня стрелу.