— Где Том?
— У себя в каюте.
— Спасибо.
Девушка решительно пошла вниз по коридору. Мак проводил ее долгим взглядом. В каюте капитана она появилась без стука. Том был уже в сухих брюках и собирался надеть другую рубашку. Он обернулся: на лице его было написано крайнее раздражение, сменившееся изумлением при виде Джулии.
— Джулия! Какого черта ты…
— Я просто хочу тебе кое-что сказать! — набросилась на него девушка. — Мало того, что ты круглый дурак, не видящий своего счастья, но ты еще и полный кретин, без надобности рискующий своей жизнью! Неужели трудно было воспользоваться катером, как это сделали другие. Но как же! Разве ты можешь не бросаться в крайность! Тебе непременно нужно выглядеть героем, а ты всего-навсего комплексующий тип!
Том смотрел на нее, открыв рот и все еще держа в руках рубашку.
— И потом, — продолжала бушевать Джулия, — если бы я любила море, как ты, то давно бы имела собственный корабль. Да ты просто скупердяй! Я была права — ты меня не стоишь! Ты — мужчина не для меня. Можешь оставаться со своими дурацкими принципами! Надеюсь, они согреют тебя ночью в постели!
Она круто повернулась и вышла в коридор. Здесь уже собралась вся команда, бессовестно подслушивавшая их объяснение. Ее встретили одобрительными возгласами. Когда же из каюты выскочил Том, пытаясь остановить Джулию, ему преградили дорогу. Не замечая никого, он крикнул ей вслед:
— Джулия! Подожди!
Ночью Том пришел на квартиру в старом Родосе. Джулии там не было. Не нашел он ее и в гостинице, где жили многие участники съемки, ожидая скорого отъезда. Том опросил танцовщиц, но они ничего не знали о девушке. Лишь одна предположила:
— Я думаю, что она уехала в Англию. Сегодня днем те, кто не хотел оставаться на прощальный прием, улетели в Лондон.
— Прощальный прием?
— Да. Продюсеры устраивают большой прием по случаю окончания съемок. Это будет завтра вечером. Вы придете?
— Не знаю. Но команда скорее всего будет. «Дух Ветра» уже отыграл свою роль в фильме.
Весь следующий день команда занималась ремонтом мачты и подготовкой к выходу в море. Работой фактически руководил Мак: Том продолжал искать Джулию, надеясь, что она все-таки не улетела. С наступлением вечера он вернулся на корабль совершенно разбитый, зашел в кают-компанию и, увидев за столом пьющего кофе Мака, сел напротив него:
— Я ее потерял, Мак. Искал повсюду, но тщетно.
— Вы это вполне заслужили, — безучастно проговорил первый помощник. — Мы все сейчас уходим на прием.
— Мак, если она там будет, дайте мне знать. Обещаете?
Мак внимательно смотрел на капитана и, видимо, колебался. Наконец кивнул головой.
— Ладно. Если она там будет. На вахте остается Арне. Он не пьет.
Том не получил никаких известий о Джулии с приема. В полночь команда возвратилась на корабль, и «Дух Ветра» бесшумно выскользнул из порта Родос в открытое море. Том стоял у борта и смотрел на уплывающие вдаль огни города. Когда они совсем растворились в темноте, он медленно побрел в свою каюту, открыл дверь и остолбенел…
На его койке картинно возлежала Джулия и перелистывала журнал. Она подняла на него глаза и спокойно сказала:
— Я уже начала думать, что ты не придешь.
Том тупо смотрел на нее и молчал. Прошло несколько мгновений, прежде чем он произнес:
— И давно ты здесь?
— В каюте или на корабле?
Тут его осенило.
— Ты… ты оставалась здесь все это время!
— Конечно. А куда же мне было идти?
Том закрыл дверь.
— Ты знаешь, что я обшарил весь Родос. Я, черт побери, уже думал, что ты улетела в Англию и мы больше никогда не увидимся!
Он присел на край койки.
— Только не говори, что я это вполне заслужил. Мне уже сказали. И справедливо!
Том взял у нее из рук журнал и отбросил в сторону. Его глаза горели счастливым огнем.
— Означает ли это, что ты снова поплывешь без билета?
— Несомненно. И предупреждаю: только попробуй вернуться из-за меня в Родос! Команда поднимет бунт. Они мне уже обещали!
— Молодцы!
Он откинул простыню. Джулия лежала нагая.
— И ты согласна стать женой круглого дурака?
— Только если мы купим собственный корабль!
Том усмехнулся.
— Собственно говоря, я как раз этим сейчас и занимаюсь: покупаю «Дух Ветра».
— Серьезно?
Глаза девушки заблестели, но она тут же взяла себя в руки и небрежно добавила:
— Что ж, будем считать вопрос решенным. Я люблю этот корабль.