Дерево было… невероятным. Оно будто состояло из затвердевшей синей воды. Прозрачное, испускающее свет из тысяч белых нитей внутри себя. Не яркий, но он заполнял всё пространство вокруг и поднимался куполом над лесом. Рядом с ним не росло деревьев, но трава была густая и сочная, полная цветов, часть трав явно имела стихийный окрас. Настоящая сокровищница.
— Ты можешь показать пальцем на выбранный плод, и мой сын снимет его для тебя, — старик ждал нас здесь, ткнув пальцем в мою сторону. За его спиной сидел худой обезьян с идеально белой шерстью. Не думаю, что он так стар, видимо, его шерсть окрасилась стихией, как у людей. Может быть, что его отец тоже белый не от старости. Остальные же обезьяны давно остановились, не решившись приближаться к дереву, и сейчас глядели издалека.
Вира отошла в сторону, легла в траву и закрыла глаза. Мне тоже очень хотелось последовать за ней. Внезапно в горле встал болезненный ком, пришёл отец. Он показал мне пальцем на первый плод, для надёжности вырастив на нём шерсть. Выглядело это совершенно дико, шерстистый плод. Такие бывают, но я ещё не видел густую белую шерсть на чём-то вроде обычных белых яблок.
Я присмотрелся к другому и почувствовал притяжение стихии, да ещё и гораздо более сильное, чем было с проигравшей обезьяной. Действительно, мне больше и не понадобится. Я вытянул руку и указал на покрытый шерстью плод. Сын старшего мигом взлетел на дерево и снял именно его, положив мне в руки.
Яблоко было совсем мелкое. Размером в четверть моего кулака. Белое, непрозрачное, из ярко-синего корешка торчит синий же листик. Я сглотнул слюну и поднял глаза, попытался выбрать ещё одно, но отец пропал, а шерсть не выросла на другом. Мне, наверное, и одного хватит. Нет нужды есть больше — можно заглушить свою стихию чужой. А я чувствовал прям, что мне и одного хватит. Вире? Не нужны ей эти яблоки, она уже познавшая, а у зверей другой путь. Маме? Она тоже познавшая, но ей наверняка понравится необычное лакомство, а я отчётливо чую сладкий дух. Но незачем брать полное стихии, нужно самое пустое. И нужное яблоко обросло шерстью, я ткнул в него пальцем, и через две секунды оно было у меня в руках. Третье? Нужно ли? Хотя… Дора порадуется такому подарку. Пусть реже плачет. Очередной плод оброс шерстью и через две секунды оказался у меня в руках.
Я спрятал два подарка в сумку, а сам сел в траву и стал есть сочное и сладкое яблоко. Но главное происходило не во рту, главное было в буйстве стихии, ворвавшейся в моё тело. Одно крошечное яблоко содержало её больше, чем всё моё тело. Буря синего света заполнила моё тело, разволновала мою стихию, заставив белый туман двигаться. Ещё не воспламенился, как в прозрении, но уже и не стоячее молоко.
Моя стихия с удовольствием поглотила дарованную силу, стала гуще и постепенно успокоилась, обратившись густейшим белым туманом. При этом распределение ничуть не изменилось. Голова, спина, кисти рук, стопы ног и почуть-чуть в остальном теле.
Я стал сильнее. Ещё сильнее. Ещё ближе к своей стихии. Если так подумать, то именно вдох помог мне увидеть стихию в своём теле. А теперь стихия стала плотнее. Те ли это изменения, которые я должен увидеть? Не знаю.
Я встал, взял Виру за руку и повёл прочь с поляны. Обезьяны снова выстроили коридор для нас. И скоро мы оказались вне их деревни. Девушка больше не ругалась и шла, молча, спокойно, позволяя мне вести её за руку. Снаружи нас ждал старик.
— Провидец, значит, — заговорил он медленно и тихо. — Редкий дар.
Сказав это, он замолк, а потом развернулся к нам спиной и скрылся где-то в листве. И что он хотел этим сказать? Почему не сказал у дерева? Странный зверь. Стоило ему уйти, Вира встрепенулась вся.
— Ох. Я заснула? — она потёрла лицо и казалась потерянной.
— Нет, ты, вроде не спала, просто успокоилась.
Вира поглядела на меня с подозрением, но потом лишь пожала плечами.
— Выдали тебе откупные? Доволен ими сам?
— Да, всё хорошо, отдам одно яблоко маме, а второе Доре, чтобы не грустила.
Девушка странно на меня поглядела, но не стала ничего говорить, взяла неспешный разбег, а потом мы с ней полетели сквозь лес к нашей цели. Я думал о том, что всё действительно очень удачно сложилось. Вира говорила что-то про счастливые знаки — вот всё и сложилось как нельзя удачнее.
Мы бежали до самой ночи, а ночью улеглись спать у небольшого костерка. Я лежал спиной к тёплой спине Виры, думая о том, как там в деревне дела? Как дела у Дрима? Всего через месяц должен прийти сборщик познания, чтобы забрать его с собой в город, что у провала чужих.