Около девяти вечера дом начинал затихать. Слуги вполголоса шептались, спеша выполнить последние поручения, свечи в коридорах гасли одна за другой, и безмолвие нарушали лишь редкие поскрипывания деревянных половиц. Я знала этот распорядок наизусть.
Дядя Мортимер покинул дом сразу после нашего разговора и наверняка снова будет работать допоздна. Его настойчивость в делах граничила с одержимостью, но именно благодаря этому нашу семью все еще уважали в торговых кругах Селестарии.
А вот тетя и Ариетта, как я узнала от Анны, вскоре после вечернего чаепития уехали на музыкальный вечер к леди Ровене де ла Коста — известной светской даме, сын которой — вампир: богатый, обворожительный и не замеченный ни в одном скандале — был идеальным кандидатом для брака по меркам нашего общества.
Нетрудно было догадаться, с какой целью отправилась туда моя тетя: ее желание «ненавязчиво» показать Ариетту в нужных кругах было слишком предсказуемым. Возможно, она надеялась, что ей удастся «бросить приманку» до того, как начнутся официальные мероприятия, связанные с Обрядом и Отбором, — заранее показать будущим женихам свою единственную дочь в выгодном свете.
А я тем временем готовилась к выходу. Вернувшись в комнату, сразу же подошла к гардеробу, вытащила оттуда аккуратно свернутое платье и встряхнула его. Оно было из плотного хлопка, темно-синее, с чуть расширяющейся к низу юбкой и рукавами три четверти, сшито просто. Я решила надеть его сразу, чтобы ткань расправилась на мне. Да и так было легче оценить, не нужно ли что-то подправить. Последним и самым важным элементом моего сегодняшнего образа была маска.
Таверна «Чаша Морр» была чуть ли не самым посещаемым заведением столицы, особенно ближе к полуночи. Вампиры из высшего света, гвардейцы, простые люди, даже кто-то из Хранителей — все могли встретиться там. И если вдруг кто-то, увидев меня в этой таверне, запомнит мое лицо, а затем встретит на балу в Ночь солнцестояния, последствия будут серьезными. Особенно если этим кем-то окажется один из вампиров — потенциальных супругов…
Вот почему этим вечером мой девиз — осторожность. Темно-коричневая маска из мягкой кожи с легким тиснением по краю идеально сочетается с поясом платья. Она закрывает верхнюю часть лица и при тусклом свете таверны сделает меня неузнаваемой. Селия и Лукас, мои верные спутники, согласились подыграть — раздобыть маски и себе. Все это превращало наше приключение в игру — пусть опасную, но оттого только более захватывающую.
Я уже собиралась отправиться в путь, как мой взгляд упал на полку, где я спрятала мамин дневник. За весь день я не прочла ни строчки и, словно услышав немой упрек, вытащила его из груды белья. Обложка, когда-то красновато-коричневая, потемнела с годами. Я осторожно открыла книжечку, и хрупкие страницы хрустнули в корешке. В верхнем левом углу перед первой записью стояла дата: 13 августа 1863 года.
Значит, мама начала вести этот дневник примерно за месяц до своего Обряда Крови. Я смотрела на ее ровный почерк — строгий, но женственный. В первой заметке она рассказывала о званом ужине, на котором ее отец, мой дед, впервые публично объявил, что она, представительница семьи Грейвз, будет участвовать в Обряде. Он гордился этим и не скрывал своей радости, поднимал бокал под одобрительные взгляды гостей. Но за аккуратными словами в дневнике между строк сквозила сдержанная тревога: мама не разделяла его энтузиазма.
Почему? Почему девушка, которой выпал такой шанс, не испытывала счастья? Ведь для нас, людей, это самый простой путь наверх, возможность стать чем-то бо́льшим, а не выйти замуж за работягу или, хуже того, остаться старой девой. Это возможность стать частью мира, где кровь — это сила, которой гордятся, а союз с вампиром — шанс на богатство и, быть может, вечную жизнь.
Вампиры, появившиеся около двух тысяч лет назад, только при правлении нынешнего короля обуздали свою жажду и жестокость. Они больше не охотятся на людей и ведут себя более чем достойно — особенно те, что принадлежат к элите королевства. Верховные хранители стали посредниками между вампирами и нами, людьми, обеспечив одних кровью, а других — деньгами. Теперь люди могут законно сдать свою кровь на всеобщем Дне единства по весне и неплохо заработать, а вампиры — прекратить охоту на людей. Все в жизни королевства казалось упорядоченным, безопасным — и все же мама чувствовала иное…