Ладно, надо ехать домой. Владимир минут пять посидел, не осмеливаясь тронуться с места, дрожь в руках долго не проходила. А когда добрался, то понял, что больше всего сейчас ему недостаёт Агафьи. Всё вокруг стало скучным и унылым. А ведь солнце на дворе, лето – какая может быть скука?
Владимир вернулся на кухню, посуду нужно вымыть, заодно и от мыслей отвлечься. И с удивлением увидел, что вся посуда вымыта. Стоп, когда Агафья успела?! Сам он точно этого не делал. Или всё же делал?
Он постоял в месте, где Агафья молилась – несомненно, то была молитва. Показалось, что слышит её голос и непонятную латынь. Оглянулся и увидел тот самый лист бумаги, ручка так и лежала поверх. Владимир улыбнулся и сел за стол. Взял лист и перевернул его. И оторопел.
«Я, Агафья Камышова, стажёр второго ранга департамента внутренних расследований отделения Инквизиции в Новониколаевске, сим заверяю, что всё, что происходило со мной во владениях младшего дизайнера Владимира Кременя, происходило по моей собственной доброй воле, безо всякого принуждения или иного насилия».
Дата. Подпись. И странный чёрный квадрат рядом; зачем он – и вовсе неясно.
Вот оно что. Владимиру стало сильно не по себе. «Нет, но вы хотите», – сказала она. А бумага, выходит, чтобы у Владимира не было неприятностей, что бы ни случилось с Агафьей.
– Провались всё пропадом! – Владимир поднялся, чувствуя накативший гнев, и, схватив лист, порвал его пополам, а потом ещё и ещё. Бросил обрывки на стол и уселся вновь, тяжело дыша.
Обрывки сдвинулись с места. Поползли, шурша, друг по дружке и соединились в целый лист. И он уже не шевелился. Владимир, отпрыгнувший чуть не в дальний угол комнаты, не сразу осмелился подойти и – вначале авторучкой – потрогать лист. Лист как лист, ничего особенного. Как новенький! И гнев схлынул, а изумление и неведомо откуда пришедший восторг остались.
– Спасибо, Ганя! – Отчего-то казалось, что Агафья услышит. – Я рад, что это не пригодилось.
6. Агата
Агафья никогда так не радовалась уютным стенам родной Инквизиции. Для обывателей суббота – выходной, но государственные службы никогда не отдыхают. Особенно такие важные, как Инквизиция. Пусть даже у самой Агафьи суббота выходной, но никто не удивится, застав её на работе. А если потребуется выходной вне расписания, то достаточно просто позвонить на вахту. Государство всегда идёт навстречу служащим, если те прилежно исполняют обязанности. А Агафья такой и была.
На душе у неё было солнечно как никогда. И Владимир теперь не шёл из головы. Странный он, как все дизайнеры, но таким храбрым оказался! И добрым в подлинном смысле. А такие странные слухи о нём тут ходили. Агафья помотала головой, выгоняя прочь нечестивые мысли. Слухи – для обывателей, низких людей. Государственному служащему не пристало опираться на слухи.
И утренняя молитва… давно уже Агафья не испытывала такого прилива сил и радости. Как тогда, в самый первый раз. Потом даже молитвы становятся обыденными, словно омовение по утрам и вечерам. Это было испытание, теперь понятно. И Владимир там был не случайно, наверное, это и для него было испытание…
Она почувствовала и, проходя мимо ниши информатория (на его панели всегда самые важные объявления), улыбнулась, шагнула в нишу, опустилась на колено и скрестила руки на груди.
– Доброго дня, Ваше Преподобие!
Он появился словно из ниоткуда. Конечно же, он просто стоял здесь, прикрытый дымкой, и ещё неделю назад Агафья, вероятно, прошла бы мимо, не заметив. Но вчерашняя встряска…
– Мы не на церемонии, дочь моя, можно без формальностей, – улыбнулся мэтр Агапит Зервас.
Седовласый, рослый, с властным взглядом, прямым носом и тонкими губами… Подчиняться получалось рефлекторно. Именно он когда-то выкупил Агафью у её родителей, именно из его рук она взяла когда-то первое в своей жизни ванильное мороженое…
– Слушаюсь, мэтр! – улыбнулась Агафья и посмотрела ему в глаза, поднимаясь на ноги.
Мэтр был в обычном деловом костюме. Агапит Зервас жестом указал: «Идёмте!» – и Агафья пошла вместе с ним по коридору.
– Итак, кто он? – поинтересовался мэтр.
– Владимир Кремень, младший дизайнер департамента технической поддержки, – отозвалась Агафья тотчас.
– Трудолюбивый, амбициозный, на хорошем счету у руководства, – заметил мэтр. – У него большое будущее. У вас обоих, Агафья.
Агафья поняла, что в горле пересохло. Она остановилась, это было против этикета – мелкое, но всё же нарушение, и заметила, что и мэтр остановился, улыбаясь.