- Эй, вы в порядке? - тихонько позвала Люба девушку у окна.
Та никак не отреагировала.
- Люди, кто здесь? Помогите мне, - вдруг донеслось откуда-то снизу. - Откройте подвал! Я здесь, помогите!
- Таня?! Танюша! - воскликнула Люба, узнав голос подруги. - Что это за место? Я так испугалась за тебя, когда потеряла!
Любаша кинулась к двери в подвал. Отодвинув засов, она с силой потянула на себя тяжеленную створку. Та поддалась, и из подвала навстречу подруге вылетела Татьяна.
- Люба, Любушка, ты не бросила меня, - лепетала Татьяна, сжимая в объятиях подругу. - Мне так страшно. Эта бабка, она ведьма, она чёрная ведьма. Она губит, она кровь пьёт, молодость забирает, за тобой в лес пошла. Надо бежать, - без умолку тараторила Татьяна, растирая по лицу слёзы.
- Успокойся, Таня. Какая молодость? Какая кровь? Я не понимаю тебя. Кто эта девушка? Как мы её оставим? Посмотри - ей помощь нужна, - отвечала Люба.
- Нет, Любаша, девушка и не живая уже, - так, оболочка. Ведьмиными стараниями её время сегодня закончится, - сказала Таня.
- Ересь какая-то, ничего не понимаю, - повторила Любаша.
- Садись, - сказала Татьяна, - до ночи у нас время есть, не придёт бабка. Я тебе расскажу, что сама за это время узнала. Ты как этого кота увидела да с тропы сошла, я в полной темноте оказалась.
Пока ты смеялась да кошака гладила, услыхала я за спиной шорох. Только голову повернула, как мне в лицо какой-то жидкостью прыснули; я мешком и повалилась. Очнулась - сижу на лавке в этом доме, руки-ноги верёвкой повязаны. Темнота, лишь три свечи горят.
На столе лежит девушка, а перед ней бабка согбенная. Руками машет, кругами ходит, слова непонятные бормочет. Увидела, что я очнулась, встала передо мной и улыбается, словно скалится.
Я взмолилась: «Отпусти, бабушка, в чём я перед тобой виновата?» Она рассмеялась так страшно и говорит: «А ни в чём! В дурости своей! Я аккурат ко дню Ивана таких дурочек и подлавливаю, которые за быстрым счастьем в чащу идут да цветок папоры ищут.
Раз в тридцать лет мне нужно жизнь свою обновлять. Не хочу я помирать, мне и на этом свете гоже. А для этого нужно трёх молодых дурёх к себе затащить да обряд исполнить».
«Какой обряд?» - прошептала я. «А такой! - отвечает. - Три дня я над девицей заговор читаю, кровь ей пускаю, а как помрёт, так вторая нужна, а потом и третья. С каждой души мне молодости прибавляется.
Годков-то мне уж, почитай, 200 исполнилось, а я на днях, как с вами закончу, снова молодицей-красавицей стану! Ну, хватит болтовни, сегодня третий день. Завтра твой черёд настанет, а мне ещё подружку твою найти надо!»
Открыла дверь в подвал и сунула меня туда, а я в дырочку-то весь этот обряд и подглядела.
Подошла бабка к той девушке, а она лежит, как будто спит. Провела ведьма ножом по руке, с неё тонкая струйка и потекла в миску медную. Обмакнула она пучок травы в кровь, начала на стену со звездой брызгать и страшным голосом заговор читать. А стена, как на неё капли крови попали, будто огнём занялась. Словно раскалённая стала. Дочитала бабка заклятие да из миски глоток крови-то и сделала. Зашипело всё вокруг, затряслось. Гляжу - бабка и впрямь как будто моложе стала.
Как утро забрезжило, ведьма на ухо что-то девушке прошептала, та поднялась и, словно кукла тряпичная, без эмоций в углу встала. Эта девушка первой была, срок её жизни уходит сегодня. Завтра мой черёд, - заплакала Татьяна, - а сейчас, может, старуха по лесу рыщет да тебя ищет, чтоб обряд к концу подвести. Бежать надо, Люба!
- Куда бежать, Таня? Болото кругом. Я, пока сюда за ведьмой добиралась, чуть не утопла, ноги по самое колено в топь ушли, чуть не затянуло меня болото. Нам нужно как-то бабку перехитрить.
- Да как её перехитрить, если она по запаху чует, где жертва?!
- Чует, да не всё. Я у этой деревни и день, и ночь просидела, а когда бабка вышла и меня учуяла, её кот с толку сбил.
- Какой кот? - переспросила Таня. - Опять этот, белый? Это из-за него, проклятого, мы с тобой разлучились.
- Полно тебе, Таня, невинную зверушку в наших бедах винить! - строго сказала Люба. - Мы сами виноваты, что за счастьем лёгким ринулись! А и правильно говорят люди, что бесплатный сыр только в мышеловке! Надо думать, как бабку перехитрить!
- Интересно, - задумчиво произнесла Люба, - а чем бабка в лицо брызгает, чем в морок вводит? Может, этим? - сунув руку в карман, она извлекла из него маленький чёрный пузырёк.