Алиса прижалась к его груди, слушая, как утихает бешеный ритм его сердца. Она чувствовала себя опустошённой, но и наполненной. Испуганной, но и сильной. Проклятие всё ещё висело над ними, но теперь у них был союз, который был больше, чем просто магическим.
Она знала, что это была лишь передышка. Завтра наступит канун Хэллуина, и им предстоит последняя битва.
Но сейчас, в его объятиях, она впервые поверила, что у них есть шанс.
Глава 5. Ритуал
Последний день перед Хэллуином выдался на удивление ясным и холодным. Солнце светило ослепительно, но его лучи, казалось, не несли тепла, лишь подчёркивая хрустальную хрупкость мира. Воздух был звенящим, как натянутая струна.
Алиса проснулась в его объятиях. Его рука тяжёлой и тёплой гроздью лежала на её животе, дыхание было ровным и глубоким у неё в волосах. Ночь изменила всё. Она не чувствовала себя неуверенной или смущённой. Была лишь странная, всеобъемлющая уверенность. Его кожа пахла теперь её кожей, его сила пульсировала в такт её собственному сердцу. Барьеры рухнули.
Он проснулся от её прикосновения, когда она провела пальцами по шраму на его ребре, неоднократно зацелованному прошедшей ночью. Его зелёные глаза открылись, и в них не было ни капли сна — лишь мгновенная собранность, а затем — осознание. И тепло.
— Доброе утро, — его голос был хриплым от сна. Он притянул её ближе, и его губы нашли её плечо в ленивом, почти невинном поцелуе.
— Они не приходили, — прошептала она. Ни шёпотов, ни ледяных прикосновений. Дом был пугающе тих.
— Потому что мы стали сильнее, — он перевернул её на спину, навис над ней, заслонив собой окно и солнечный свет. Его тень накрыла её. — Оно копит силы для ночи. Как и мы.
Весь день они готовились. Ритуал должен был пройти в святилище Виктории, в самый час её смерти — в полночь. Дэмиен принёс из своего дома сумку с артефактами: мелки для черчения круга, освящённые соли, несколько странных металлических зеркал.
— Они не для того, чтобы смотреть в них, — объяснил он, расставляя их по периметру будущего круга. — А для того, чтобы смотреть сквозь них. Чтобы увидеть истинную суть проклятия.
Алиса помогала ему, её движения были точными и выверенными. Она больше не спорила, не сомневалась. Она чувствовала. Чувствовала ток энергии между ними, когда их пальцы случайно соприкасались. Чувствовала, как дом затаил дыхание в ожидании развязки.
За час до полуночи они спустились в подвал. Воздух в круглой комнате был ледяным и неподвижным, словно в гробнице. Они зажгли четыре чёрные свечи по сторонам света и нарисовали мелом сложный круг, испещрённый символами из дневника Виктории и собственными добавлениями Дэмиена.
— Есть одна вещь, — сказал Дэмиен, заканчивая последнюю руну. Его лицо в свете свечей было строгим. — Ритуал требует... жертвы. Не жизни. Но риска.
— Какого? — спросила Алиса, уже зная ответ.
— Мы будем использовать нашу связь как канал. Но чтобы разорвать проклятие, связывающее ваш род, нам нужно предложить что-то взамен. Что-то столь же ценное. Нашу собственную связь. Нашу только что рождённую магию.
Алиса поняла. Они должны были поставить на кон всё, что у них только что появилось.
— Если мы проиграем... мы забудем друг друга? — её голос дрогнул.
— Хуже, — его взгляд был безжалостно честным. — Мы можем остаться связанными, но эта связь будет искажена проклятием. Превратится в боль. В ненависть. В вечное напоминание о поражении.
Она посмотрела на него — на этого резкого, замкнутого человека, который за несколько дней стал для неё всем. И поняла, что готова на этот риск. Потому что альтернатива — смерть или вечное одиночество — была хуже.
— Я не боюсь, — сказала она твёрдо.
Уголки его губ дрогнули. — Врунишка. Боишься. Но делаешь вид, что нет. В этом твоя сила.
Он протянул ей руку.
— Пора.
Они встали в центр круга, спиной друг к другу, как того требовал ритуал. Ладони одних рук были соединены между ними, другие — подняты к потолку. Дэмиен начал читать заклинание. Его голос, низкий и мощный, наполнял комнату, ударяясь о стены и возвращаясь эхом. Язык был древним, гортанным, но Алиса понимала суть — призыв, отрицание, воля.