Глава 1
И уже на границе сна и яви я услышала детский смех, громко и задорно смеется ребенок, мальчик. Почему-то мне отчаянно хотелось удержать этот голос рядом, но я не могла.
Последней мыслью было то, что мне нужно запомнить все то, что мне сегодня сказали, это было очень важно.
Мое сердце снова громко стукнуло в груди, и я провалилась в темноту.
Глава 1
Энрике
Энрике был полностью доволен собой.
Пару дней назад он принял решение все-таки не отвозить ее в больницу, он видел, как девушка мучается, то просыпается, то засыпает, как стонет во сне, ворочается в кровати, а потом беспомощно и безмолвно плачет и он все же решил попробовать сделать, что-то хорошее. Спасти ее жизнь.
Но вот что ей сказать, когда она придет в себя? Назвать троюродным братом по десятой папиной линии и сказать, что она живет у него? У молодого главы одного из Мексиканских картелей? Бред!
Можно, конечно, было сказать, что она работает с ним, но как объяснить тот факт, что придется везти ее в свой дом в Лос-Анджелесе? А снимать ей квартиру, выяснять у нее, что эта «девушка от Эскада» умеет делать, кроме минета, он не видел смысла, а еще выдумывать целую историю будет, искать ей друзей и так далее, слишком неподъемно, даже для него.
Единственным нормальным объяснением того, что молодая женщина в доме молодого мужчины, было то, что они вместе.
Энрике видел ее тело и если бы не синяки… У нее было хорошее, подтянутое тело, не слишком худое, но спортивное, следит за собой и ее лицо, Абель вправил ей нос в первые же минуты, он сказал, что лучше сейчас, потом будет больнее, а ее лицо, когда сойдут все эти отеки и синяки, станет красивым, в этом Энрике не сомневался.
И сегодня он окончательно в этом убедился, а еще ее глаза, даже учитывая то, что лицо еще не здорово, они у нее были просто великолепными, сине-голубыми. Энрике всегда любил красивых женщин, для него они были своего рода трофеем, он никогда не обращал внимания на серых мышек, первым, что его волновало в женщине, была именно ее внешность. Только глупцы, как казалось Энрике, говорят, что внешность не главное. Другой вопрос, эти глупцы просто не могут позволить себе иметь рядом красивых женщин, а он мог и очень был доволен этим.
А еще сегодня он понял, что кажется, у девушки есть характер, ей не понравилось, что он назвал ее деткой. И что здесь такого? Он их всех так называл, так удобнее, не ошибется с именем, но ее он будет звать малыш, лучше, чем милая.
Глава 1
Сегодня она и правда была как ребенок, так трогательно расплакалась, когда узнала, что у нее нет родителей… Ему захотелось ее обнять, приласкать, защитить.
Энрике в принципе был очень увлекающимся человеком, всегда, правда его любовь, как правило, плохо заканчивалась и не всегда хорошо для него, но он любил это чувство и любил все новое, а особенно он любил таких вот милых женщин. Именно милых, сильные и независимые ему не нравились. Такие не умели любить, они не умели дарить любовь, искреннюю и нежную, потому, что не умели отдаваться во власть этого прекрасного чувства, по крайней мере опыт Энрике говорил именно об этом.
Он заранее все распланировал, что и как он будет говорить, он уже придумал ее историю, в которую она сможет поверить, а раз она так хорошо сегодня пришла в себя, то дня через 3 он постарается уговорить ее уехать.
Главное сфотографировать ее на паспорт, документы уже были готовы, он сможет ей объяснить то, что они поддельные, это не проблема, в любом случае, у девушки нет никого, кому бы она могла доверять, кроме него, а Энрике не понаслышке знал, как хорошо можно на этом сыграть. Когда некому верить, некуда идти, и нет иного выхода, кроме как довериться тому, кто рядом, именно через это Энрике сам когда-то прошел и со временем он научился подчинять людей себе, делать их зависимыми от него, при этом оставаясь свободным самому. Детство в приюте многому его научило и не сломало, а наоборот, закалило характер и теперь Энрике не мог управлять никто, зато он мог хорошо управлять другими. Как говорил ему падре Луис: «ты боец, сынок! И всегда им будешь, я тобой горжусь!». И правда, вся жизнь Энрике проходила в борьбе и она ему даже нравилась.