Позже, когда она спала, прижавшись ко мне, я смотрел на её лицо, озарённое лунным светом. Она больше не была «Никто». Она была Всем. Моей обсессией, моей силой, моим будущим.
И я поклялся, что ничто и никогда не отнимет её у меня. Ни враги, ни прошлое, ни её собственные демоны. Потому что теперь мы были одним целым. Две половинки одного механизма, одной империи, одной судьбы.
И эта судьба, какой бы тёмной и кровавой она ни была, была нашей. И мы прошли бы её до конца — вместе.
ГЛАВА 19: ТЕНЬ СОМНЕНИЯ
Арэс
Она спала. Её дыхание было ровным, тёплым веером на моей коже. Я лежал, глядя в потолок, рука автоматически гладила её спину, чувствуя под пальцами знакомые изгибы позвонков. Это стало ритуалом. Моим новым наркотиком. Это чувство — её вес на мне, её полное доверие, её мирный сон после стольких лет кошмаров.
Всё было идеально.
Слишком идеально.
Мысль проскользнула, как лезвие между рёбер — острое, неожиданное, ядовитое. Я тут же попытался отогнать её. Это была привычная паранойя, голос отца, вбитый в меня с детства: «Доверяй только инстинктам, Арэс. Всё остальное — слабость».
Но она не слабость. Она была… всем.
Я перевернулся на бок, чтобы разглядеть её лицо. В свете луны, пробивавшемся сквозь шторы, она казалась высеченной из мрамора. Совершенной. Слишком совершенной для этого грязного мира, в котором мы оба выросли. Её ум, её навыки, её странная, синхронная со мной хладнокровность — всё это можно было объяснить травмой, жаждой выжить. Так я и делал.
Почему же теперь, когда я наконец обрёл покой, этот древний инстинкт шептал мне насторожиться?
Я вспомнил сегодняшний разговор с Виолеттой. Она рапортовала об успешном «успокоении» восточных доков — полностью по плану Арии. И добавила, задумчиво:
«Стратегия была безупречной, босс. Как будто она знала, на какие кнопки нажать у каждого из них. Не просто анализ досье… как будто она их чувствовала».
Я отмахнулся тогда. Она гениальна, вот и всё.
Но теперь, в тишине ночи, слова Виолетты отдавались эхом. «Как будто знала». «Как будто чувствовала».
Как профессиональный профильровщик. Как тот, кого тренировали читать людей.
Я резко сел на кровати. Сердце забилось чаще. Я взглянул на неё. Она пошевелилась, что-то пробормотала во сне, но не проснулась. Её рука потянулась на моё место, нащупала пустоту и легла туда, как будто ища тепла.
Все мои подозрения рассыпались в прах перед этим простым жестом. Какая разведчица, какая супершпионка будет так искренне искать во сне того, кого должна предать? Это было невыносимо наивно. И именно поэтому в это хотелось верить.
Я вышел в кабинет, чтобы налить виски. Не чтобы напиться. Чтобы ощутить жгучую ясность первого глотка. Я стоял у панорамного окна, глядя на спящий город, и пытался разобраться в каше из чувств.
Любовь. Первая в жизни. Она ослепляла. Она делала меня уязвимым. Но она же и обостряла чувства. Я чувствовал её, каждую её эмоцию, каждый вздох. И последние дни… в ней была какая-то отстранённость. Не та, привычная холодность. А другая. Будто часть её внимания была где-то ещё. Будто она вела внутренний диалог, к которому у меня не было доступа.
Сегодня за ужином, когда Лука пошутил про нашу «неуязвимую крепость», её взгляд на секунду стал далёким. Она не улыбнулась. Она просчитала что-то. Я видел, как её зрачки сузились, как будто она мысленно проверяла периметр этой самой крепости на слабые места.
Паранойя? Или инстинкт зверя, учуявшего другого хищника на своей территории?
Я вернулся в спальню. Она всё так же спала. Я лёг рядом, притянул её к себе, чувствуя, как её тело бессознательно приспосабливается к моему, вписывается в изгибы. Полное доверие. Или полный контроль?
«Кто ты, Ария? — прошептал я в темноте, в её чёрные, не слушающие волосы. — Ты моё спасение или самая изощрённая ловушка, которую для меня когда-либо готовили?»
Ответа не было. Только её ровное дыхание.
И я сделал выбор. Тот самый, от которого предостерегал меня отец. Я выбрал верить. Не фактам. Не логике. А этому хрупкому, иррациональному чувству, которое она во мне разожгла. Я решил довериться своей любви больше, чем своему инстинкту.
Но даже Дон, решивший быть слепым, оставляет на всякий случай включённой сигнализацию. Я не буду копать в неё. Не буду ставить слежку. Но я буду смотреть. Вдвое внимательнее. Я буду слушать не только её слова, но и паузы между ними. Я буду целовать её и в этот момент искать в её ответе хоть каплю фальши.