Даниэль: Заканчивай с этим, чудачка. Безработные пессимисты долго не протянут.
Рокси: Говоришь так, будто сам в них записался.
Даниэль: Ну почти.
Рокси: ???
Даниэль: Мистер ЗВЗ написал мне антирекомендательное письмо, доступ к которому есть у всех крупных шишек Бостона. Так что шансы найти нормальную работу всё быстрее ползут вниз.
Рокси прикрывает рот рукой. Какой ужас!
Одним маленьким действием Винсент загубил будущее Даниэля. И всё из-за неё! Неужели это месть за драку с Ником? Или Синклеры просто не знают границ в своих кознях?
Ответа на эти вопросы Рокси никто не скажет. Пальцы стучат по клавиатуре. Она набирает слова поддержки своему возлюбленному, но не успевает отправить. По Фейстайму звонит папа.
Рокси напрягается. Сейчас вечер, он должен быть дома, а значит, звонит не один. Они не разговаривали с мамой с момента её отъезда. Готова ли Рокси возобновить их общение? Вопрос не из лёгких. Но после гендер-пати Синклеров родная мать выглядит гораздо безобиднее их змеиного клубка лжи и манипуляций.
Поэтому Рокси смахивает кнопку «Ответить» и делает глубокий вдох.
У неё всё получится.
— Привет, милая! — лицо отца светится от улыбки. Возможно, это хороший знак.
— Привет, пап, — Рокси наклоняет голову вбок. — Как ты?
— Всё хорошо. Если не считать завала на работе. Такое ощущение, что всему Бостону понадобились новые столы ко Дню Благодарения!
Он усмехается, а Рокси лишь поджимает губы. Вот она, причина звонка! Словно прочитав её мысли, в кадре появляется мать. На её зелёном платье красуется фартук.
— Гектор, ты уже спросил у Рокси, во сколько она приедет?
Мама произносит это таким будничным тоном, словно последнее расставание они скрепили крепкими объятиями, и вообще, жить друг без друга не могут, как самая правильная и счастливая семья!
И как бы ни было больно разрушать её иллюзии, Рокси знает: поддерживать их ещё больнее.
— Я не приеду.
— Что?
С экрана на неё устремляется пара удивлённых взглядов.
— Рокси, дорогая, день смеха первого апреля, — заботливо напоминает Аманда. — Не путай эти праздники!
Рокси вздыхает, мысленно прося у бога, в существование которого перестала верить ещё несколько лет назад, сил и терпения. Сегодня ей понадобятся все запасы.
— Нет, мам, я просто решила не ехать в этом году.
— Не глупи, милая. Вся Америка съезжается, чтобы побыть с семьёй!
— С кем ты хочешь отметить? — спрашивает отец, за что получает грозный взгляд Аманды.
— С Айви и Джозефом. Они как раз…
— С этой куртизанкой?!
Рокси прикусывает язык. И как она могла забыть, что её мать с первого взгляда повесила на подругу этот унизительный ярлык?
— Вообще-то, у неё есть семья. Муж работает в полиции, а дети…
— Избавь меня от этих подробностей! — мотает головой Аманда. — Я уже закупила продукты. Даже твой любимый сироп взяла, так что у тебя нет причин не приезжать!
Рокси вздыхает. Если бы дело было только в сиропе.
Её матери нужно очередное подтверждение, что всё нормально. Что они — обычная среднестатистическая семья, которая ходит в церковь по воскресеньям и собирается дома каждые праздники. Потребность Аманды поддерживать эту иллюзию так же нелепо, как желание Рокси попросить отца немедленно пришить пуговицу на левом кармане его рубашки. Но она хотя бы умеет себя сдерживать.
И когда мать уходит на кухню, с облегчением вздыхает: больше не надо пытаться её в чём-то убедить.
— Уверена, что не хочешь приехать?
Вопрос отца звучит слишком смело. Если мама это услышит, ему точно достанется.
— Да, — тихо отвечает Рокси. — Будет лучше, если я пропущу праздничный ужин в этом году. В конце концов, впереди ещё Рождество!
Если она не появится дома двадцать четвёртого числа, Аманда расскажет всей церкви, что её дочь трагически погибла во время купания на бостонском пляже. И плевать, что на календаре зима.
— Хорошо, будь по-твоему, — соглашается отец и загадочно прищуривается. — Но тогда готовься: мама уже заказала нам свитера на этот год!
— И насколько всё плохо?
Гектор выдерживает паузу, а потом загадочно ухмыляется.
— Скажу так: твоему оленю явно диагностировали косоглазие. А мой Санта выглядит так, словно вместо детских подарков доставляет всем ром.
— Какой кошмар! — восклицает Рокси, едва сдерживая смех.
— Да-а-а, праздники обещают быть весёлыми, поэтому набирайся терпения, — предупреждает отец. А потом загадочно понижает голос: — И я надеюсь, ты возьмёшь кое-кого с собой, чтобы не выносить это не в одиночку.