— Тобиас! — шипит на него мать и поворачивается к Даниэлю. — Это была прекрасная речь, дорогой. Мы тобой гордимся!
Даниэль смущённо улыбается, игнорируя редкость старшего брата. Возможно, это просто стиль их общения, а может быть, Тобиас завидует Даниэлю. Он похож на ходящее солнце, в то время как над Тобиасом будто нависла мрачная туча.
Он осторожно вытирает рот салфеткой и отрезает себе кусок индейки. Его движения плавные и точные. Рокси замечает, с какой осторожностью он наливает клюквенный соус в тарелку, и в груди что-то ёкает.
Она бы сделала так же.
Тобиас замечает на себе её взгляд, но лишь фыркает, сдувая со лба пряди чёлки.
— Теперь твоя очередь, дорогая, — с улыбкой произносит Дестени.
Рокси требуется несколько секунд, чтобы понять, о чём идёт речь. Благодарности, конечно.
— Если для тебя это непривычно… — начинает Адам.
Но Рокси быстро его перебивает:
— Нет-нет. Мне нравится эта традиция.
Все взгляды устремляются на неё в ожидании речи. Рокси вздыхает, собираясь с мыслями. Раньше она бы пала жертвой дикого смущения, но последние годы в университете, терапия мисс Доусон и работа в «SMG» кое-чему её научили.
Она чувствует, как Даниэль незаметно сжимает её ладонь под столом. Его поддержка становится сигналом к действию. Рокси поднимает бокал с соком и произносит:
— Я благодарна за то, что в этом году познакомилась с одним человеком, — она делает паузу. — С собой.
Мистер и миссис Кэмпбелл внимательно её слушают. На лице Даниэля появляется гордая улыбка.
— У меня были… разные ситуации. Но я рада, что это знакомство помогло мне понять, чего я хочу на самом деле, — Рокси поворачивается к Даниэлю. — И с кем хочу быть.
Мистер Кэмпбелл поднимает бокал вина.
— Выпьем за это!
По комнате разносится звон бокалов, завершают часть с благодарностями.
Все начинают есть, и на какое-то время за столом воцаряется тишина. Стряпня миссис Кэмпбелл невероятно вкусная. Рокси берёт тыквенную булочку и поливает индейку соусом.
— Так как вы познакомились? — спрашивает Дестени. — Слова Тобиаса про собрание анонимных алкоголиков кажутся слишком бредовыми!
Рокси и Даниэль переглядываются.
— Мы отмечали увольнение Гэвина, — отвечает он, разрезая кусочек индейки. — И за барной стойкой я увидел её.
— Ты украл мой пунш.
— Иногда мой флирт бывает весьма странным!
Рокси усмехается. А потом её озаряет внезапное осознание.
— Ты… флиртовал?
— Ага, — кивает он. — Ты была такой красивой, но такой грустной! Я подумал, моё внезапное вторжение сможет тебя отвлечь, но… не знал всей ситуации.
Она замирает. До этого момента их знакомство казалось сущей нелепостью, но получается… она ему понравилась? В том бирюзовом платье? Почти в слезах после свадьбы Ника? Боже, такое вообще возможно?
«Надо поговорить с ним после ужина» — решает Рокси.
Но пока эта мысль тонет в звоне бокалов и звуке столовых приборов, которые чередуются с тёплым смехом. Тобиас пару раз отпускает колкости в сторону Даниэля, но быстро замолкает, поймав на себе грозный взгляд матери.
Вино развязывает язык мистеру Кэмпбеллу. Он начинает рассказывать семейные истории.
— Рокси, дорогая, знаешь, почему мои сыновья до сих пор не возглавили компанию?
Бледное лицо Тобиаса стремительно багровеет. Даниэль закрывает лицо рукой, едва сдерживая неловкий смех.
— Пап, пожалуйста…
— Когда Даниэль учился в школе, а Тобиас только поступил в университет, мы поругались. Они сказали: я требую от них слишком многого. И вообще, что я понимаю в этой жизни, если умею только топтать виноград в чаше?
Адам усмехается, а Рокси складывает руки перед собой, внимательно его слушая.
— Я решил: ладно! Они правы! И предложил им один день поработать на винодельне. Если они справятся, мои советы им больше не нужны.
— И как всё прошло? — спрашивает Рокси.
— Они собрали виноград, выложили его в чашу и решили поиграть в сомелье, — он делает паузу. — Наигрались так, что я нашёл их спящими клубочком в чашах винограда!
Рокси заливается смехом.
— Зато мы узнали, что такое похмелье! — парирует Даниэль.
— И что виноделие — не для вас, — заключает мистер Кэмпбелл. — У нас с мамой ушла вся ночь, чтобы привести вас в чувства!
Даниэль пожимает плечами.
— Нужно было искать другие методы. Оставлять двух подростков с бочками вина — так себе идея.
— Хуже был только наш первый разговор о предохранении…
— Рокси, а чем занимаются твои родители? — резко меняет тему Дестени.
Беззаботность сменяется тяжестью, будто к ноге Рокси привязали булыжник.