Рокси с головой накрывается одеялом, сжимаясь в комочек. Страшно. Октябрьская гроза погрузила Бостон в настоящий апокалипсис. И его эпицентром стал её район.
Вспышка. Рокси закрывает уши, надеясь, что это ослабит звук грома. Но тщетно. Уже через пару секунд раздаётся такой грохот, будто на неё падает потолок.
От безысходности грудь больно сдавливает, а на глаза наворачиваются слёзы. Бояться грозы в двадцать два года — явление, именуемое настоящим позором. Но сколько мировых катастроф начиналось с обычной грозы! Рокси вспоминает истории, как после обильных ливней тонули целые города. Как мощные порывы ветра превращались в настоящие ураганы, вырывающие деревья с корнем и разбрасывающие автомобили, подобно детским игрушкам. И как молнии били в электростолбы, лишая электричества на несколько недель.
Она бросает взгляд на окно, закрытое блэкаут шторой. За ним стоит фонарный столб. Если молния ударит в него, их район останется без электричества. А вдруг от напряжения сгорят электроприборы? Вдруг в доме начнётся пожар? Вдруг…
Вспышка. Рокси укрывается одеялом. Очередной раскат грома, кажется, заставляет дрожать даже её кости. С губ срывается всхлип. Если что-то случится, она не сможет ни убежать, ни спрятаться, потому что стихия не преступник. Она гораздо, гораздо страшнее!
В панической агонии руки сами тянутся к телефону. Рокси открывает список контактов. Она не справится сама: надо кому-то позвонить. Но только… Кому?
Беспокоить родителей в два часа ночи — идея хреновая: завтра же они будут на пороге её квартиры! Ник? Он наверняка спит в обнимку с Кейденс, и от этой мысли на душе становится ещё более паршиво. Айви? Роуэн и Райден могли тоже испугаться грозы, ей точно будет некогда утешать ещё и Рокси…
Остаётся последний вариант.
Рокси изо всех сил борется с желанием к нему прибегнуть. Однако очередная вспышка молнии заставляет её сдаться и набрать номер Даниэля. Если он сейчас её пошлёт — плевать. Ей нужно услышать голос. Хоть чей-то.
Ей нужно понять, что она не одна.
Долгие гудки перебивает гром, от которого все внутренности болезненно сжимаются. Рокси начинает трясти, словно тело бьёт озноб.
А потом из трубки раздаётся сонный голос:
— Алло?
— Даниэль! — радостно восклицает Рокси. — Ты… Спишь?
Динамики заполняет нечленораздельное бормотание.
— Нет, бегаю олимпийский марафон, — фыркает он. — Сейчас глубокая ночь, чудачка!
— Я знаю, — отвечает Рокси, виновато вжав голову в плечи.
Как будто он это увидит.
— Просто…
— У тебя появились идеи для проекта, которые не могут подождать до утра?
— Я боюсь грозы.
В трубке повисает тишина.
Рокси зажмуривается. Интересно, насколько жалко это прозвучало по десятибалльной шкале? Нужна как минимум сотня таких шкал, чтобы ответить на этот вопрос!
Даниэль устало вздыхает и, Рокси готова поклясться, трёт закрытые веки. Он точно из тех людей, кого не разбудит даже сигнал тревоги.
— Причина?
— Что?
— Ну ты же не просто так боишься грозы, — рассуждает Даниэль. — Что именно тебя пугает?
На секунду Рокси теряется. Но молниевая вспышка быстро приводит её в чувства.
— Я боюсь, что молния ударит в столб с проводами, и… — грохочет гром, заставляя её взвизгнуть от ужаса. — А-а-а! Всё сгорит, Даниэль!
— Хорошо, я понял, — спокойно отвечает он. — Где находится столб?
— Под моим окном. Это где-то девятнадцать футов от дома.
— Отлично. Теперь, когда появится молния, начинай считать секунды. Вслух, чудачка. Сможешь?
— Да, — кивает Рокси.
Выбора у неё не остаётся.
И когда молния вновь озаряет комнату, Рокси начинает считать:
— Один… Два… Три…
— Четыре… Пять… Шесть… — подключается Даниэль.
От его голоса тело магическим образом расслабляется, будто каждое следующее число выкачивает из него немного тревоги. Губы Рокси растягиваются в улыбке. Но счастье длится недолго.
Через пару мгновений барабанные перепонки рубит раскат грома.
— Восемь! — дрожащим голосом восклицает Рокси.
— Отлично. Значит, молния бьёт в восьмидесяти футах от дома. Твоему столбу ничего не угрожает, — с довольной улыбкой сообщает Даниэль.
Но Рокси такой ответ не устраивает.
— Это неправильно. Ты должен умножить количество секунд на тысячу сто.
— О, так ты знаешь формулу? Значит, понимаешь, что твоя квартира в полной безопасности!
— Да, но… — Рокси вздыхает, а затем жмурится от очередной световой вспышки. — Мне страшно! Мне очень-очень-очень страшно! И никакая логика тут не помогает!
В подтверждение её слов колени начинают дрожать от очередного раската грома. Рокси в ужасе обхватывает себя руками. Телефон отправляется на прикроватную тумбочку: теперь голос Даниэля звучит из динамиков на громкой связи.