Весёлые танцы и посиделки в баре длятся до полуночи. Кай вызывает такси, попутно пытаясь отчитывать Лео за последние три шота, и они втроём с Ари едут в гостиницу, чтобы выспаться перед перелётом.
— Пос-ставьте Д-джей Ло! — требует Гэвин.
Его язык, как и ноги, заплетается от количества выпитого. В какой-то момент он спотыкается, едва не распластавшись в позе морской звезды. Но Даниэль заботливо подставляет своё плечо.
— Реванш в УНО… — пьяно бормочет он. — Твои трусы в… бестактности.
— Ты хотел сказать, в опасности? — усмехается Даниэль. — Соён, проводишь нас до квартиры? Боюсь, не справлюсь в одиночку, если вулкан начнёт извергаться.
— Вулкан? — не понимает Рокси.
— Так мы называем попытки Гэвина очистить желудок, — объясняет Соён, забирая свою сумочку. — Ты с нами?
Рокси замирает, глядя на Даниэля, на котором висит полуживой Гэвин. Потом на уставшую Соён. Что-то подсказывает, что на продолжении этой вечеринки она будет лишней.
Однако бросить Даниэля в такой ситуации кажется предательством. Поэтому Рокси кивает, и они вместе выходят из бара.
Квартира, которую снимают Даниэль и Гэвин, располагается в том же доме. В ней две спальни, отделённые друг от друга и от гостиной всего лишь арками. Кровать Гэвина стоит в первой комнате. Даниэль облегчённо вздыхает, когда скидывает его практически безжизненное тело на мягкий матрас.
— Уверен, что справишься с ним? — беспокоится Соён.
— Не волнуйся, — отвечает Даниэль. — Он выпил половину бара и проспит до утра, а там я включу ему рок и подам целебную таблетку от головы.
— Будем надеяться, после этого ты останешься в живых, — произносит Соён, бросая взгляд на Рокси. — Хорошего вечера.
Даниэль провожает её, закрывая квартиру. Щелчок. Рокси внезапно осознаёт, что они остались совершенно одни. Наедине. Если не считать спящего Гэвина.
Судя по взгляду Даниэля, он думает о том же.
Они стоят в метре друг от друга, не решаясь пошевелиться или сделать шаг. Словно это пьянящее осознание вовсе лишило их обоих возможности двигаться.
Первой игру в гляделки прерывает Рокси, рассматривая интерьер квартиры, тонущий в ночном полумраке. В нём нет ничего особенного: белые стены, ламинат и дешёвая мебель из Икеи. Только стена над кроватью Гэвина завешана фотографиями, а он сам лежит на светлом пледе с орнаментом в бохо-стиле.
— У вас мило, — произносит Рокси. — Если убрать весь бардак, — она указывает на открытую пачку чипсов на прикроватной тумбочке.
Даниэль усмехается.
— Ты ещё не была в моей спальне.
— Так покажи мне её, — просит он, тут же прикусывая губу.
От двусмысленности этой просьбы воздух в квартире нагревается до июльских температур. Даниэль улыбается, но ничего не говорит, жестом приглашая Рокси во вторую спальню.
«В этом нет ничего такого, — убеждает она себя. — Он даже закрыться не может, разве можно считать это чем-то интимным?».
Но когда Рокси проходит в его спальню, тут же берёт свои слова обратно. Стены замешаны постерами кислотных цветов с нецензурными выражениями, по типу того, что написано на одной из футболок Даниэля, фотографиями и постерами музыкальных групп.
Каждая свободная поверхность, будь то стол или прикроватная тумба, завалена хламом. Рокси отводит взгляд, опуская его на пол. На круглом коврике оранжевого цвета прямо перед ней лежит пара носков.
Кажется, таблетки медленно перестают действовать.
— Пардон, — Даниэль отправляет их в корзину для белья с дизайном Спанч-Боба.
Монстр отступает. Но на таком минном поле, как эта комната, Рокси уверена: это ненадолго.
— Пожалуй, я пойду.
Такой исход кажется логичным: завтра Даниэлю на работу, а пьяный Гэвин и так угрожает сбить его шатающийся режим.
Однако подошвы прирастают к полу, и Рокси стоит, не в силах сделать шаг. Будто без его просьбы она не может уйти.
— Уверена? — спрашивает Даниэль. — У меня ещё есть планы на этот вечер.
— Какие?
Он подходит к тумбочке, беря с неё беспроводные наушники, и демонстрирует их Рокси. Она бросает на него недоумённый взгляд. Вопрос остаётся прежним.
— Помнишь, что я обещал тебе на Хэллоуинском балу?
— Смутно, — стыдливо признаётся Рокси.
Память подтёрла всё, что было между ними до ситуации с Ником, будто пыталась помочь пережить ещё одно болезненное расставание. Хорошая новость: его не случилось. Но вспомнить детали того вечера Рокси всё равно не может.