— А как мы все это получим? — спросил гном, вспомнивший последний визит в человеческую деревушку.
— Ну уж не как вы в прошлый раз, — ехидно ответил Спигр, который подумал о том же. — Я ж теперь самый настоящий человек.
— Ну да, обыкновенный грязный хрурт, — подтвердил Дараг.
— Здесь это словечко мало кто знает. Но не в этом дело. Я могу притвориться бродячим жрецом Плачущего. В лагере Испытующих я нашел немного денег, так что будет, чем заплатить. Накормят-то слугу бога они бесплатно, но лошадку или ослика так просто, конечно, не дадут. Что скажете?
— Хорошо, — немедленно согласился гном. Если Спигр хочет так рисковать, то и шрук с ним. Дараг плакать по нему не будет.
— Пожалуй, это хорошая идея, — произнес после некоторых раздумий эльф, подумав, видимо, о том же самом. — Но почему эта деревня расположена так близко к горам? Места же здесь не очень спокойные.
— Да они тут вроде как издавна жили, — шрук замялся, вылавливая из воспоминаний Вайса необходимые сведения. — И что бы ни происходило, так и оставались на привычном месте. Наверно, устроились очень хорошо.
На этом разговор был исчерпан. Альвейн и Спигр двинулись налегке, гном же вновь тащил на себе общий скарб, но теперь его грела мысль, что скоро это кончится. Если же Спигр не вернется… В таком случае можно будет выкинуть часть припасов. Тоже неплохо.
До конца следующего дня они шли, как и раньше, строго на север вдоль горного хребта, все так же вздымающегося по левую руку. Потом начали забирать в сторону. Крюк получился изрядный. Шесть часов они шагали на северо-восток, заметно отклонившись от нужного маршрута. Шрук имел весьма примерное представление о расположении деревни, и они чуть не прошли мимо. К счастью, Альвейн определил, что лес уже не был диким, а носил заметные следы чьей-то деятельности. Животные стали пугаными, ягоды с кустов кто-то умело и тщательно обобрал, а попадавшиеся мухоморы частью валялись на земле. Их явно пинали — верный признак близкого жилья. К тому же, Дараг унюхал запах дыма, идущий откуда-то с юго-востока. Едва не проскочили.
Вскоре они остановились. Пообедали в небольшой ложбинке, густо заросшей кустами, дальше Спигр пошел один. Эльф спокойно расположился на земле, занявшись привычным делом — чисткой оружия. Время от времени он поднимался, разминал раненную ногу и ел густо росшую здесь малину. Дараг нервничал заметно больше, но потом еще раз плотно перекусил и лег спать. Альвейн остался на страже. Он даже не начертил привычного охранного круга, полагаясь на великолепный слух.
Ожидание затянулось. Прошел час, другой, третий… Солнце постепенно скрылось за горизонтом, озаряя небосвод багровым пламенем заката. Затихли птицы, весь день чирикавшие в кустах и ветвях деревьев и сильно раздражавшие Дарага. Но тишина не успокоила гнома, нет. Он мерил ложбину короткими шагами, сразу выставляя арбалет в сторону, откуда раздавался сколь-нибудь подозрительный шорох. В нынешнем состоянии гнома подозрительным был любой… Альвейну надоела сначала малина, потом черника, а под конец и земляника. Плохой признак.
В темноте раздался подозрительный шорох. Словно кто-то осторожно продирался сквозь заросли, стремясь остаться незамеченным. Дараг мгновенно прицелился на шум и выстрелил.
Эльф, спокойно наблюдавший за действиями спутника, констатировал:
— Мимо. К счастью, ты его не пришиб.
Вернувшийся шрук — а через кусты продирался именно он — оказался более многословен. Но гном интересовал его очень мало.
— Идиот подгорный, — прошипел он Дарагу, вываливаясь из кустов на поляну. — Уходим, быстро! Боюсь, скоро они поймут, что я сбежал, и начнут погоню. Собираемся! Да бросай ты весь лишний хлам! Я еду принес.
С этими словами он продемонстрировал здоровенный окорок, из которого торчал арбалетный болт. Гном покраснел, то ли от того, что чуть не убил шрука, то ли от того, что окорок был свиной… Так или иначе, но долго смущаться ему не дали.
Собрались они быстро. Часть припасов пришлось бросить, иначе на сборы ушло бы слишком много времени. Взяли лишь оружие и воду. Альвейн стремительным движением натянул на лук тетиву и взял колчан со стрелами. Гном лишь облегченно вздохнул — проклятую эльфийскую деревяшку он таскал на себе уже много дней. А тут она, наконец, может и пригодиться.
С луком в руке Альвейн возглавил процессию, во второй он держал костыль. Если появится враг, придется его, конечно, отбросить. Эльф надеялся, что нога позволит ему провести хотя бы короткий бой. Подсвечивать дорогу магией он не рисковал, а потому его товарищам оставалось лишь ориентироваться на смутный силуэт. Альвейн, хоть и видел во тьме не лучшим образом — что сильно мешало ему во время подгорного перехода — в лесу ориентировался прекрасно. Гном же постоянно натыкался на какие-то корни и коряги.