— Держись изо всех сил!
Зараза вдруг взбыкнула и стала быстро набирать скорость. Раздался громкий хлопок, из салона повалил черный дым. Потом что-то шумно заскрежетало, и мы подались в сторону пробитого быком ограждения.
Шевалье успел взглянуть в нашу сторону. Кровь, шипя, испарялась с поверхности пузыря.
Я показал ему воинское приветствие.
Глава 6
Новые друзья
— Еще раз, кто ты такой?
— Продавец на своих двоих, госпожа моя.
— У тебя ничего с собой нет, что же ты продаешь?
— Я антистресс на час.
— Это еще что? Бритти, ты про такое слышал?
— Никогда.
— Продаю возможность ударить себя в любую часть тела, госпожа. Вы уже воспользовались моими услугами на сумму в две тысячи номов. Это без учета пробного удара в пах.
— Я его сейчас под линолеум загоню, — сказал Бритти, вмешавшись в допрос. — Я ему нижнюю челюсть с верхней поменяю. Дырку в сердце проверчу. Я волк парень! Понял? А ты насрано! Просто огромная куча на табуретке. Отвечай, кто ты такой. Ты из Компании?
— Я что, на палочника похож?
Якоб лучезарно улыбнулся окровавленными зубами. Он сидел на табуретке, совершенно ничем не скованный, кроме боли. Бежать ему все равно было некуда: Бритти закрывал своей тушей раскрытое окно, девушка, — ее имени он еще не слышал, — стояла в дверном проеме, навалившись плечом на косяк. Руки Якоб держал за головой, но не потому, что ему так сказали. Просто хотелось продемонстрировать свои гладкие подмышки этой прекрасной особе. Лицо особы, жесткое, с глубокими глазными впадинами и маленьким носом, было ослепительно, неправдоподобно белым. Кожа была покрыта татуировками в виде черных кругов размером с монету. Якоб мысленно сравнил их с белыми пятнами на волосах.
Интересный стиль.
На вид красотке было лет восемнадцать, но эти утопающие в сумраке глаза, горящие белым огнем, напоминали взгляд безумной и жестокой старухи.
— Давай я просто сверну ему шею и пойдем уже, — утомленно протянула девушка. — Ну сколько можно? Он обычный шнырь-торпеда, мы таких сегодня уже штук десять завалили. Давай его еще в яму бросим и будем приходить раз в неделю, пока не расколется. Не хочу я с ним цацкаться. Уника уходит!
Цацкаться они и правда не любили. Это можно было понять по тому, что на потолке комнаты, где Насча проводила свои сеансы массажа, сидело жирное пятно темного-красного цвета. Что-то мягкое так влепили в потолок, что с него почти не капало. Судя по запаху дерьма и бойни, это была хозяйка конуры. Но где тогда останки человека, о котором говорил парень из притона?
В окно поддувал сквознячок. Огибая Бритти, он приносил с собой тяжелый запах силы и пота. «Уника уходит», да? Открытое окно… Способен ли древний коротышка пролететь девять этажей и не разбиться?
На полу лежали оторванные крылья. От какого-то костюма? Забавное совпадение. Впрочем, в распахнутом гардеробе висела огромная подборка спецодежды для ролевых игр. От фуражки до коньков. Коньки наверняка пользовались популярностью: люди скучали по зиме.
— Да я не против, — сказал Бритти задумчиво поворачиваясь вокруг своей оси. — Просто он странный. Что-то в нем есть сволочное. Он из наших и одновременно нет. В первый раз такое вижу. Меня это нервирует.
— Извините, — вежливо сказал Ретро. — Вечно порчу людям настроение.
— Ладно, кончай с ним, — великодушно разрешил волк. — Как мне надоели эти хэдхантеры. Дерьмо.
Ретро понял, что его дурацкая, давно сломанная жизнь, подошла к концу. «Кто же позаботиться о моих детишках?» — сказал кто-то в его голове. Скрипка печально взвизгнула. Пятнистая леди в широкой белой сутане придвинулась так, словно пятки ее скользили по полу. Ретро не поменял позу, только немного приподнял голову, что б заглянуть в нечеловеческие глаза. Ну что ж… Опять волк, и опять жизнь его на волоске. Точнее, волосок уже полоснули бритвой.
— Что за дерьмо? — сказал вдруг Бритти. — Ты слышишь?
Девушка склонила голову на бок.
— Какая-то музыка, — сказала она, морща носик. — Смычковые?
— Откуда она доносится?
Волк обогнул Якоба справа, — тому показалось, что рядом проехала фура, — и остановился чуть в стороне. Вокруг него летали по орбите мелкие предметы, вроде монеток, заколок, наручников и каких-то вытянутых предметов, похожих на пробки. Волк стоически игнорировал эти спутники. Очевидно, иногда он не мог контролировать свою мощь полностью.
— Это ты? — требовательно спросил он. — Она усиливается, слышишь?
— Ужасная какофония, — подтвердила Пятно. — Как будто по тысячам струн водят километровой ножовкой.