Хо молча бросилась на рыжего. Я поднырнул под кулак моей бой-бабы и попытался пробить пресс, но уже ни черта не держал запястье, поэтому вывихнул его и закричал от боли. Тогда эта хренова штангистка схватила меня и прижала к груди. Мне было бы даже приятно, если б не вмешивалось чудовищное давление, которое превращало ребра в неровные зубочистки. Увидев, что мне приходит конец, Хо пошла против собственного кодекса чести. Она парировала великолепную серию ударов Рыжего предплечьями и даже собственным лбом, а потом… пнула ему по яйцам.
Клянусь леди. Эти ее чудовищные ботинки, сделанные по последней моде из железа и каучука… В общем пока рыжий откисал, пуская пену, она связала ему ноги шнуром от удлинителя, а другим концом, с пятью замечательными розетками, она потрясла в воздухе.
— Придется жульничать! — закричала она.
Ну куда ж деваться… Ощущая прекрасные кубики через тонкую майку гарзонки, я протащил руку до кобуры и с трудом надавил крючок.
Бах!
Большая женщина взвыла и отпустила меня. В ее левом колене дымилась огромная дыра. Она изумленно взглянула на меня, как бы не понимая, что произошло.
— Ты что, волк ебучий? — спросила она тонким, почти лонгатским голосом.
Хо бросила удлинитель и попала ей в висок, а я подхватил розетки и обвязал вокруг чернокаменной шеи. А потом мы просто вышвырнули рыжего из кузова.
Надо отдать гарзонке должное, она сопротивлялась до последнего. Вплоть до того, что рыжий шел за ней буксиром, паря в воздухе словно воздушный змей. Но колено и наш снаряд в виде стиральной машины Фея-2 заставил ее все-таки сойти на землю.
— Закруглились, — я упал задницей на твердое, но мне было все равно. — Закруглились.
Противогаз был почти до макушки заполнен соленой влагой. Я с отвращением выбросил его и повалился на спину.
— Нужно посмотреть, что там в кабине, — услышал я изможденный, но решительный голос Хо.
Ее опередил звук раскрывшейся двери. Оливу вышвырнули со стороны пассажира и дверь снова захлопнулась. С третьего, по-моему, раза. Тогда Хо повалилась мне на грудь и мы буквально зарыдали от усталости.
Глава 8
Конкуренция
Ситуация в подвале мясокостного комбината.
Чарли и Глу, приближенные господина Танита, сидели за бухгалтерским столом и считали выручку. Мятые номы сладко шелестели в ловких пальцах Чарли, а пыль, слетающая с них — пахла возможностями. Чарли — одноглазый гарзонец с могучей прической в стиле «взлетка истребителя», отчитывал пачки по сто номиналов. Глу, комично мускулистый фуг, аккуратно обтягивал стопки синими резинками.
Сам господин Танит в это время подтягивался на турнике, который был привинчен под самым потолком. По его напряженному лицу катился драгоценный пот тенебрийца. Крупный и блестящий как ювелирные украшения. Для палочников фитнесс был неприличным времяпрепровождением, но господин Танит обожал любоваться на свою развитую трапецию.
— …сорок три, — свистел он, опускаясь. — Сорок четыре…
— Семьдесят два, семьдесят три… — бормотал Чарли.
— Ты неправильно считаешь, — зудел Глу.
— Что значит неправильно? Я кладу купюру на стол и говорю число. Потом следующую купюру и следующее число. Что, бля, тут может быть неправильно?
— У тебя большие пальцы, ты постоянно по две захватываешь. Дай лучше я посчитаю.
— Я тебе говорил, фугский карлан, как только досчитаешь без запинок хотя бы до десяти, я дам тебе считать мелочь. А пока заткнись и не мешай мне. На вот четки, иди тренируйся.
Оскорбленный Глу взял деревянные кастолические четки с маленьким стальным крестиком и завалился в кресло. Цифры — его давние враги, скрывались в лакированных бусинах.
— Раз, — начал он неуверенно. — Два. Хм. Три?
— Пятьдесят шесть… Пятьдесят семь…
— Тридцать три, тридцать четыре…
Эту математическую идиллию прервал звонок радио-замка. Чарли, не переставая считать, взял трубку и рявкнул:
— Кто это? Что?! Я, бля, сейчас нажму кнопку, и вам за спины сбежится десять злобных парней с железными аргументами против розыгрышей. Ты поняла меня, идиотка? Нет, господин Танит ничего такого не заказывал! У него есть свои…
Чарли отнял трубку от пельменного уха и раздраженно жахнул ей об станцию.
— Что там? — спросил Глу, обрадованный, что есть законный повод отвлечься от самообучения.
— Да че-т я даже не знаю, — Чарли отложил деньги. — Какая девка сказала, что пришла убрать номер. А потом… Босс, вы проституток не заказывали?
— У меня есть свои, — негромко ответил Танит, продолжая упражнения. — Расслабься, Чар, это опять дети рабочих развлекаются. Ты их лучший друг.