Вёрку бы в пору вызвать полицию, пока задрот его ещё не заметил и уж потом приступать к разборкам, тем более что полиция Вьёрка уже выслушала и находилась в курсе дел, но на данный момент Вьёрку было в полной мере насрать на бычар. Его распирал гнев, он был готов для драки, он был смел и бесстрашен. Вьёрк решительно двинул через дорогу к задроту.
- Ах ты сука! – заорал Вьёрк.
Задрот резко обернулся, и струя мочи ударила Вьёрку по ногам. Вьёрк отпрыгнул.
- Ёй! - крикнул Вьёрк.
- Аа-а с-сыкун, соскучился что ли?! – совершенно спокойно удивился задрот, и при этом, бессовестно поигрывая невероятно толстым, словно дохлый червяк, членом, мочился дальше, вырисовывая струёй по шипящему асфальту бесформенные зигзаги, нарочито целясь на сандали Вьёрка.
Увидев перед собой снова звериные глаза бандита, уверенность у Вьёрка сдала пары, но отступать было уже некуда.
- Ты чё делаешь, урод?! – завопил Вьёрк.
- Не понял... С-сыкун, ты у нас такой смелый?.. Человек стоит, облегчается, никого не трогает... Чё пристал-то?
- Я сейчас полицию вызову – рявкнул Вьёрк, и тут же уловил за собой, что эту фразу за сегодня он выговорил уж больно часто и силы в этой угрозе оказалось не более, чем в последнем китайском предупреждении.
Задрот затолкал свой бесконечно длинный член в штанину, но даже постарался застегнуть ширинку.
- А тебе не надоело? – буркнул он. – Вызывай, сыкун, свою полицию, заодно позови на помощь ещё и мамочку. Как там, старая шалава, ещё не сдохла?
И с этими словами задрот развернул козырёк кепки на затылок, поднял мосластые кулаки встал в стойку и приготовился встретить драку.
- Давай, с-сыкун, давай! – рычал задрот. - Ты не разучился ещё драться?! Умел же когда-то! Ну так припомни детство! Я даже позволю тебе заехать мне разок!
Страшные кулачища задрота, его решимость и накал приструнили Вьёрка снова. Задрот желал драки, он был преисполнен любовью к драке, неистовой любовью, страстью кому-нибудь сделать больно, вышибить зуб, покалечить глаз… «Он лишь провоцирует меня вступить в драку первым, - подумал Вьёрк. - Провоцирует умышленно, чтобы иметь за собой юридический перевес, выдать себя за потерпевшую сторону. Ну да, они, бомжи, они же страдают, они так страдают от нас, от благополучных граждан, которые только и мечтают пинать их, вдавливать в пыль, растерать каблуками в кровавую жижу. А потом ноют и жалуются бычарам, как их больно притесняют…»
Вьёрк раскусил его замысел.
Но отступать нельзя. Оскорблённый до самых недр Вьёрк даже и не думал броситься в драку, нет, Вьёрк засомневался, что справится с задротом, даже если Вьёрк выше его на голову и физически тому не уступает. Однако мельком Вьёрк подумал, что от одного удара по этой каменной роже, Вьёрк сломает себе кисть. А ломать себе кисть так не хотелось. Благополучие выше гордости, и разум ещё держал себя в сознательных рамках. Нет, Вьёрк просто вынул свой смартфон, вынул-таки даже без помех, ловко, как по маслу, и быстрым пробегом пальцами набрал телефон полиции. Теперь Вьёрк злобно ухмыльнулся, поднося мобильник к уху.
Лицо у бандита вдруг осело, печать страха покрыла его.
- А-ну, дай сюда! – крикнул задрот и потянул к мобильнику руки.
Вьёрк автоматически зажал смартфон обеими ладонями и поднял их над головой. Задрот маленький, он не дотянется, не отберёт. Ох, это было ошибкой. Задрот и не думал отбирать мобильник, это оказалось новой уловкой. Он, вдруг резко согнувшись, дёрнулся и молниеносным движением врезал громадным кулачищем Вьёрку прямо в пах. Резкая боль пронзила Вьёрку чресла, завыла, парализовала. Вьёрк сжался, сначала упал на колени, а потом и на землю. Гадский мобильник вывалился из рук за сегодня второй раз.
Когда у Вьёрка наконец нашлись силы открыть глаза, задрота рядом уже не было.