Вьёрк достал смартфон (такие вещи надо готовить заранее – опыт уже набит), включил камеру и...
-Эй, тебе что-то надо от моей машины? – раздался откуда-то голос и голос этот был не рядом.
Вьёрк сразу сообразил - откуда.
Напротив стоял шестиэтажный дом. Почти все окна, из-за жары, были наглухо застёгнуты жалюзями, и лишь одно, на третьем этаже, - распахнуто. За окном по грудь сидел худой мужик лет шестидесяти, со впалыми, стекающими с лица щеками, от чего это его лицо казалось оттянутым вниз. На макушке взлохмаченная, покосившаяся на бок шапка седых волос. Мужик был одет в майку, которая тоже оттянулась вниз и раскрывала впалую грудь. Мужик курил и смотрел на Вьёрка с совершенно безмятежным взглядом, таким равнодушным, что по нему и не скажешь, что это именно он секунду назад кричал Вьёрку.
В это время дня, среди рабочей недели, обитатели окрестных домов, как и положено, находятся на своих рабочих местах, паркуются тут в основном работники текстильной фабрики «Клаус Модельле», которая поставляет свою продукцию и в местный торговый центр «Бадэр». Корпус этой фабрики Вьёрк миновал парой минут назад. Но кто бы мог подумать, что в этот самый момент, когда Вьёрк вынужден прятаться от хулигана, какой-то придурок не на работе, может вообще безработный, может на больничном или в отпуске, а может работает во вторую смену где-нибудь на мясокомбинате, а теперь сидит у окна, курит и таращится на свою машину, которая, как на зло, припаркована именно на этом месте, где потребовалось притаиться Вьёрку. По осунувшемуся лицу видно, что мужик не занимает социальную должность, не сидит в бюро, не напрягает мозги над сверхточными расчётами, а он работяга, предназначенный для грубого, дешёвого труда, он любит покурить и выпить, выкуривает он не менее двух пачек в день, и выпивает не менее двух промилле за сутки. И вот этот грёбаный алкаш, решивший, что Вьёрк автомобильный ворюга, только что выдал его, выдал, как грёбанный говнюк. На кой хера бы мне понадобилась твоя халупа, На кой хер вообще кому-нибудь, даже самому отчаянному вору нужна такая сраная халупа? Что ты, старый пердун, вообще возомнил о своей тачке? Но одну пакость ты сегодня уже совершил – ты заложил меня, говнюк. О, Вьёрк не сомневался – задрот тоже уже смотрит в его сторону.
Но деваться некуда. Сама судьба толкает Вьёрка на поединок, и Вьёрк, приневоленный к сражению, поднялся, держа мобильник наготове, чтобы быстрым движением пальца набрать заветные цифры: один, один, ноль.
К удивлению Вьёрка, задрота на том самом месте не оказалось. Вьёрка прошиб ужас – этот задрот уже стоит позади него! Вьёрк обернулся и.… отлегло - улица была пуста. Вьёрк стал оглядываться, но зложелатель пропал. Вьёрк стоял с приготовленным смартфоном в руках и высматривал человека, которого не было. Этот момент сильно напомнил ему тот, что случился как раз сутки назад, когда в аптеке Вьёрка, стоявшего в нелепой позе шпиона, застукала очкастая аптекарь. Чёрт, а ведь если бы вчера Вьёрк успел бы сделать снимок номера задротовой халыпуги, то сегодня он бы уже знал, кто есть этот задрот, и половина всех мытарств отпала бы сама собой.
И вот теперь Вьёрка спугнул этот алкаш… А ведь вчера задрот не исчез, вчера он спрятался и последовал за Вьёрком, чтобы пнуть его в задницу. Может и сейчас он прячется среди припаркованных машин, может заскочил в ту же аптеку и следит за ним из-за ветрины. Забежал за угол дома?
А может он просто привиделся Вьёрку? Привиделся так же, как и сгорбленная фигура в тёмном коридоре его дома?
Мужик из окна по-прежнему курил, и по-прежнему смотрел на Вьёрка с совершенно отречённым взглядом, словно случайный свидетель обыденной, не стоящей внимания сценки.
А вдруг это и не он вовсе окликнул меня?
Ничего не отвечая тощему мужику из окна, не извиняясь, не поясняя своё поведение, Вьёрк пошёл дальше, но только чаще стал озираться по сторонам и с тревогой оглядываться. Мужик в окне тоже ничего более не сказал, курил себе и провожал Вьёрка пустыми глазами.
Паранойя? За мною увязалась паранойя? Ну с чего бы задрот тут ждал меня? Откуда бы он вообще узнал, что я собирался покинуть дом именно в это время? А если бы я дождался бы жены и поехал на её машине? Конечно, Кордула никогда не давала Вьёрку свою тачку – переживала, не доверяла и вообще... а вдруг бы ей понадобилась машина съездить в магазин? У неё было на этот счёт строгое правило: каждый сам решает свои проблемы, и если Вьёрку срочно нужно к адвокату, то сам и думай, как ты до него доберёшься, не мешая жить другим домочадцам. Так завелось давно, уродливо, для функционирующей семьи, но вот, завелось.